Александра. Большая игра. (книга вторая)

Но нам булла римского первосвященника не нужна, ибо он потребует подчинение Риму. Наша Церковь никогда с этим не согласится. А значит что? А значит, принятие титула царя и самодержца всероссийского. Без этого никак, Василий. — Я замолчала, глядя на Великого Князя. Он взглянул на Митрополита. Но тот промолчал, кивнув мне, соглашаясь.

— Саша, ты хоть понимаешь, что это значит???

— Прекрасно понимаю. Поэтому и говорю тебе… Василий, пойми, мой хороший, сейчас Русь воспринимают, как некое княжество, а не королевство или царство. Ну вот, как, например, Баварию. Но мы же не такие уже? Московская Русь переросла рамки княжества! Твоя держава сейчас больше, чем иные европейские королевства. Прими титул Царя, Василий? Царь и самодержец всея Руси.

— Согласен, Александра. — Поддержал меня Владыко. — Руси нужен уже не Великий Князь, но великий Царь всея Руси и самодержец всероссийский.

— Вот! Благодарствую, Владыко. Но, в таком случае, ежели Московская Русь становится официально царством, то у Русской Православной Церкви должен быть свой патриарх.

Варлаам и Василий уставились на меня. Я тоже молчала. Смотрела на обоих невинными глазами и даже стала выбившуюся из-под платка прядку накручивать на пальчик. Василий молча перевёл взгляд на Митрополита.

— Ты, Александра, сама поняла, что сказала? — Задал вопрос Владыко.

— Конечно, понимаю.

— Александра. Ты, конечно, возлюбленная дщерь Церкви нашей и Царица Ливонская, но не гоже женщине лезть в дела Церкви.

— Почему не гоже, Владыко? Или я не православная? К тому же я не лезу, а задаю вам, мужам русским, эти вопросы, раз вы сами озаботиться этим не можете. Московский Митрополит, на сколько мне известно, с 1448 года от Рождества Христова или с 5923 года от сотворения мира, избирается собором русских епископов. И не нуждается в одобрении Константинопольского Патриархата. Так ведь?

— Так, Саша. — Кивнул Василий. — Это повелось с избрания Митрополитом Киевским и всея Руси Ионы, собором в Москве православных епископов. Хоть он и звался киевским, но ещё со времён Даниила Московского свою кафедру киевский митрополит перенёс из Киева сначала в Брянск, а потом во Владимир-на-Клязьме. А позже переехал в Москву.

— А в середине прошлого века, русская православная церковь разделилась на восточную, то есть Московскую и западную, то есть Киевскую. Я права? — задала вопрос обоим.

— Права, Царица. — Кивнул Варлаам.

— И именно тогда восточно-русские епархии получили свою автокефалию. То есть стали административно независимые от других поместных церквей.

— Что за слово такое? Административно? — Спросил Митрополит.

— То есть, собор русских епископов независимо от какого либо патриархата, в данном случае от Константинопольского, выбирает главу Русской Православной Церкви.