365 дней

Еще несколько десятков минут мы потратили на разговоры и выпивке шампанского. Затем, встав, мы решили потанцевать.

На танцполе было многолюдно и элегантно. «Безумия не будет», - подумала я, глядя в сторону струнного квартета. После очередного танца мне было уже достаточно. В отличие от Доменико, я прекрасно умела танцевать, потому что любимая мама посылала меня на уроки все время обучения в начальной и средней школе.

Когда мы спускались с танцпола, я услышала польский язык:

- Лаура? Не думаю, что сегодня я смогу освободиться от тебя.

Я обернулась и увидела Марека, одетого в серый мерцающий костюм.

- Что ты здесь делаешь? - спросила я удивленно.

- Моя компания работает с большинством отелей в этом районе, к тому же это благотворительный бал, а я один из спонсоров, - сказав это, он с улыбкой пожал плечами.

Доменико многозначительно хрюкнул.

- О, простите, - сказала я, плавно переходя на английский. - Это Доменико, мой помощник и друг.

Господа обменялись любезностями по-итальянски, и мы уже собирались удалиться, когда к квартету присоединились музыканты, а в зале зазвучало аргентинское танго. Я завизжала от радости. Оба удивленно посмотрели на меня.

- Я обожаю танго! - сказала я, красноречиво глядя в сторону Доменико.

- Лаура, последние четверть часа я топтал тебе ноги на этих заоблачно дорогих каблуках, а тебе еще не надоело?

Я поморщилась, признавая его правоту.

- Восемь лет я преподавал бальные танцы, поэтому, если ты не боишься, буду польщен, - сказал Марек, протягивая мне руку.

- Один танец! - бросила я в сторону молодого итальянца, и мы двинулись к танцполу.

Марко крепко схватил меня в объятия, и через некоторое время почти все пары исчезли, предоставив нам пространство для танцевального шоу. Он отлично вел в танце, был уверен в своих движениях, прекрасно чувствовал музыку и прекрасно знал шаги. Я думаю, каждый из тех, кто наблюдал за нами, был уверен, что мы танцуем вместе годами. К середине песни танцпол совсем опустел, и мы закружились вдвоем, демонстрируя приобретенные в детстве навыки. Когда музыка умолкла, в зале раздались громовые аплодисменты. Мы оба элегантно поклонились публике и повернули в ту сторону, где оставили Доменико. Однако вместо него я увидела Черного, который стоял в окружении нескольких мужчин. Когда мы подошли к ним, они одобрительно кивнули - все, кроме Массимо. На лице его бушевала ярость, а глаза горели огнем. Если бы этот взгляд мог испепелить, от меня осталась бы кучка пепла, не говоря уже о моем спутнике.

Я подошла и поцеловала его в щеку, а Марек снял мою руку со своего плеча и протянул Черному.

- Дон Массимо, - сказал он и поклонился.

Они стояли, глядя друг на друга, и атмосфера сгустилась так, что стало трудно дышать.