Книга Балтиморов

Обнаружив, что я шпионю за их с Вуди разговорами и в придачу ревную, она пришла в ярость.

Устраивать мне сцену в доме ей не хотелось, и она сказала Вуди и Коллин:

— Мы с Маркусом съездим в супермаркет.

Мы сели в арендованную ею машину, отъехали подальше, чтобы нас не было видно, и тут она остановилась и раскричалась:

— Маркус, ты в своем уме? Ты ревнуешь к Вуди?

Я некстати решил поспорить. Сказал, что она к нему слишком внимательна, что называет его по имени и фамилии.

— Маркус, Вуди человека убил. Ты понимаешь, что это значит? Его судить будут. По-моему, ему нужны друзья. А если тебя распирает от всяких идиотских претензий к кузенам, значит, ты им не друг!

Она была права.

Никто, кроме Вуди, не думал, что ему грозит тюрьма. Дядя Сол, несколько раз приезжавший в Коннектикут, чтобы подготовить его защиту, был уверен, что нет.

Только получив доступ к обвинительному заключению, он понял, что положение куда серьезнее, чем ему казалось.

Прокуратура исходила не из презумпции необходимой самообороны. Наоборот, она полагала, что Вуди незаконно проник к Люку, к тому же будучи вооружен. Тем самым можно было считать, что это Люк действовал в пределах необходимой самообороны, желая обуздать Вуди. Коллин же грозило уголовное преследование как соучастнице убийства. Против нее также должны были вскоре возбудить дело.

Безмятежный прежде домик в Коннектикуте охватила паника. Коллин говорила, что ни за что не пойдет в тюрьму.

— Не волнуйся, — твердил ей Вуди. — Тебе бояться нечего. Я тебя уберегу, как ты меня уберегла после смерти Аниты.

До начала процесса мы не понимали, что он имеет в виду. Вуди, ничего не сказав дяде Солу и своему адвокату, заявил, что это он подбил Коллин поехать с ним к Люку. По его словам, она хотела его отговорить, а когда он все-таки проник в дом, пошла за ним, чтобы его увести. А потом появился Люк и набросился на них.

В перерыве адвокат Вуди пытался его урезонить:

— Ты спятил, Вуди! Что на тебя нашло, ты зачем себя оговорил? Зачем я тебя защищаю, если ты все перечеркиваешь?

— Я не хочу, чтобы Коллин посадили в тюрьму!

— Предоставь дело мне, и никто не сядет в тюрьму.

Адвокат Вуди собрал свидетельства жителей Мэдисона и по ним восстановил картину тех смертных мук, которые пережила из-за Люка Коллин. Но прокурор снова выкрутился: Люка убила не Коллин, и вопрос о прежнем насилии в их семье нельзя брать в расчет при определении того, находился ли Вуди в состоянии необходимой самообороны. С точки зрения обвинения, Вуди открыл огонь не для того, чтобы положить конец нападению, как того требует принцип необходимой самообороны. Он проник в дом Люка с оружием. Он с самого начала намеревался с ним покончить.

Суд оборачивался катастрофой.