#8-Дань Псам

Нет, он попросту использует ее, как она использует мужчин. Это породит самую ядовитую обиду.

Нимандеру не хотелось предупреждать Скола. “Оставим им двоим игры и грядущие раны”.

- Да, оставим их, братец. У нас ведь свои игры…"

"“Могу ли я как-то придушить тебя, сестра?”

- Если будешь так любезен.

Просека расширилась, выведя их реке или ручью. Поля на другой стороне были засажены рядами странных растений с широкими пурпурными листьями. Пугала на крестах торчали столь часто, что казались шеренгами солдат. Неподвижные фигуры в лохмотьях были расположены в нескольких шагах друг от друга. Они почему-то наводили дрожь.

Скол прищурился, разглядывая далекое поле и его потрепанных стражей. Цепочка звякнула, кольца закружились, став размытыми пятнами.

- Похоже, - подал голос Скиньтик, - на той стороне есть тракт.

- Что это за растения? - спросила Араната.

Никто не ответил.

- И зачем так много пугал?

Опять все промолчали.

Скол повел подопечных через реку.

Вода была темно-зеленой, почти черной, столь нездоровой на вид, что никто не захотел пить ее. Они нашли камни, не желая ступать по мелководью.

Они взобрались к полю, над которым жужжали тучи насекомых, взлетавших с верхушек растений с бледно-зелеными цветками, чтобы сесть на соседние.

Когда они подошли ближе, то замедлили шаг. Даже Скол наконец остановился.

Пугала были когда-то живыми людьми. Грубое тряпье плотно обматывало их головы, тела, ноги и руки; какая-то черная жидкость капала на землю. Головы свисали, густая темная субстанция нитями тянулась из закрытых марлей носов.

- Думаю, они питают растения, - спокойно сказал Скиньтик.

- Кровью? - спросил Нимандер.

- Не похоже на кровь. Хотя кровь, наверное, тут есть.

- Значит, они еще живы.

Однако это казалось невероятным. Ни одно из тел не шевелилось, никто не поднимал замотанных голов на звуки голоса. Воздух смердел смертью.

- Они не живы, - сказал Скол. Он уже не крутил цепочку.

- Тогда что из них течет?

Скол двинулся через поле по узкой извитой тропинке. Нимандер заставил себя пойти следом, услышал, что двинулись и остальные. Они шагали по полю, среди трупов и растений высотой по голову человеку; гнилой воздух внезапно наполнился крошечными мошками с морщинистыми крыльями. Они влажно шлепались в лица.

Анди спешили, кашляя и задыхаясь. Под ногами были влажные борозды, тяжелая черная грязь налипала на мокасины, заставляя спотыкаться и скользить по уклону. В конце концов они выбрались на вершину возвышенности, миновав ряды “чучел”, спустились к дороге. За ней на другом поле торчала целая армия трупов - тысячи свесившихся голов, бесконечный поток черных слез.

- Благослови Мать, - прошептала Кедевисс. - Кто сотворил такое?

- “Всякая возможная жестокость неизбежна”, - снова процитировал Андариста Нимандер.