Жертва 2117

 – Он улыбнулся при этой мысли. Что-то хорошее все-таки дала им ужасная история Асада.

Мона отодвинула руки и серьезно посмотрела на него.

– Карл, я хочу спросить тебя совершенно о другом. – Она глубоко вздохнула. – Как ты думаешь, что произойдет, если поездка Харди, Мортена и Мики в Швейцарию не даст результата? Я хочу сказать, если ситуация с Харди не изменится, то ты вернешься в Аллерёд?

– Вернусь? – Он выдвинул нижнюю челюсть и секунду подумал. – Нет, не думаю, а почему ты спрашиваешь об этом?

– Спрашиваю, потому что я… я ведь люблю тебя, Карл. Весь последний год ты так много значил для меня. Ты ведь знаешь, как это для меня важно?

Выражение ее лица удивило Карла. Плохо сочетается с ее вопросом, подумал он.

– Пожалуйста, скажи, почему ты спрашиваешь меня об этом, Мона? – произнес Карл. – Ты что-то скрываешь?

С неожиданной покорностью она склонила голову, словно чего-то стыдилась. Что она скрывает? Он забеспокоился.

– Ты больна, Мона? – Он взял обе ее руки в свои.

Она приблизила к нему свое лицо, и ямочки на ее щеках стали такими глубокими, как будто вот-вот у нее начнется приступ истерического хохота.

– Больна? – Она погладила его щеку. – Можешь и так сказать, если хочешь. Когда умерла Саманта… – Она сделала паузу, собираясь с мыслями. – О боже, Карл, моя любимая дочь была полна жизни, она такая талантливая, она… Когда она умерла, что-то умерло и во мне. Я в полном раздрае. При моей профессии я должна была знать, что горе делает с человеком, но я потерпела крах. Врач прописал мне антидепрессанты, но ты же знаешь, что я их не принимала, правда?

Он кивнул. Более озабоченно, чем ему хотелось бы."

"– Мне было очень плохо, и я перестала себя контролировать. Я почувствовала, что старею с катастрофической скоростью, мне прописали гормоны, и это очень помогло. Но не стоило их пить из-за последствий. Боюсь, я принимала слишком большие дозы.

– Последствия? Не понимаю, что это значит. Тромбы? Ты этого боишься?

Она улыбнулась и еще раз сжала его руку.

– Мне пятьдесят один год, Карл, и я беременна. Поэтому ты не должен возвращаться в Аллерёд, обещаешь мне?

Карл отпрянул на полметра. Несколько лет тому назад он пережил приступ паники, который оторвал его от мира и полностью лишил чувства реальности.

Сейчас ему показалось, что он ощущает нечто похожее.

Если уж были люди, которым не удалось выспаться в эту ночь, так это Карл и Асад. Во всяком случае, когда Карл на следующее утро в семь пришел в подвал управления полиции, Асад, стоя на коленях в молитвенной позе, храпел, прижавшись щекой к коврику.

– От твоего коврика скоро уже ничего не останется, Асад, – первым делом сказал Карл, когда принес ему чашку кофе.

Асад, с трудом что-либо понимая, смотрел на чашку кофе, которую ему протягивал Карл.