Ничья земля. Книга 2

Нарушая все мыслимые и немыслимые правила, царапая днище о высокие бордюры и оставляя за собой хвост из мечтающих о суде Линча водителей, Сергеев влетел на Оболонь, и, маневрируя за эстакадой Московского моста, едва не врубил в лобовую развозной грузовичок. Грузовичок пошел юзом, закачался, но на колесах устоял и тут же поймал в зад старый «опель» с оранжевым гребешком такси на крыше.

Через три с лишним минуты такого низкого полета, Умка, срезая путь, бросил «тойоту» во дворы, замельтешил по узким дорожкам между домами, и уткнулся во врытые поперек столбики, заграждавшие путь на пешеходную часть Набережной.

Отсюда Сергеев побежал. Благо, бежать было недалеко. Жара была поистине африканской, испепеляющей, безжалостной, и даже близость Днепра не делала ее легче. Одежда мгновенно начала липнуть к телу, туфли то и дело норовили соскользнуть с ног из-за шелковых носков. Умка мысленно выругался. Совершать марш-броски в одежде для бизнес-раутов было все равно, что есть холодец палочками.

Он свернул ко входу в арт-галерею, перешел на быстрый шаг, чтобы не привлекать к себе внимания, и отметил, что помимо прессы, здесь полно и киевского бомонда. На паркинге теснились дорогущие машины, а въезд на него перегораживал странный, как и его хозяин, джип одного скандального киевского живописца, обладателя острого языка и либеральных политических взглядов. Его, как вечного оппозиционера, говорящего сплошными афоризмами, обожали все журналисты и ведущие ток-шоу, и не было мероприятия, где бы любимчик публики не отметился бы и не дал пару интервью. Сергеев взлетел по ступеням ко входу и наткнулся на двух бодрых бодигардов в траурных костюмах, охранявших двери.

Один из них оказался сообразительным, и начальство опознал сразу – наверное, видел где-то. Сергеев разглядел в немаленькой толпе Вику, рассмотрел рядом Маринку – та же Вика, только более высокая и совсем тоненькая, как тростинка, и двинулся к ним, словно ледокол, рассекая толпу плечом.

Он совсем не подумал, что будет говорить, как убеждать – и это было плохо. Вывести отсюда Плотниковых против воли Вики будет невозможно. Слишком много людей. Слишком много охраны.

Вика заметила его, когда Михаил был совсем близко, и посмотрела удивленно. На этот раз, он, кажется, застал Плотникову врасплох. Ни холода, ни высокомерия во взгляде не читалось. Наверное, не успела включить – одно изумление, и только. Потом его увидела Маринка и заулыбалась навстречу радостно, замахала рукой. Сергеев невольно улыбнулся в ответ, преисполняясь уверенностью, что он успел и теперь все будет хорошо…

И тут же – словно споткнулся на ходу.

Инстинкты заработали – они и до этого не спали, а мониторили пространство вокруг, определяя потенциальную опасность – в полную силу.