Ничья земля. Книга 2

Автомобиль вкатился на территорию имения, и створки сразу начали смыкаться, а Сергеев изумленно оглядывал людей в форме частных охранных агентств и ОМОНа, которыми была буквально запружена площадка перед домом.

Такое количество охраны Блинов, конечно, мог себе позволить, но даже после покушения на Бориспольской трассе вокруг него не было столько вооруженных людей. И охрана была не просто себе охрана – несмотря на жару, ребята были в «брониках», а некоторые даже в шлемах. И автоматы, отметил Сергеев, у процентов семидесяти – автоматы. Кто-то перепугал Блинова насмерть. Настолько серьезно испугал, что Владимир Анатольевич проникся, а трусом, при всех недостатках, Блинчик не был. Тот раз, когда Сергееву удалось «расколоть» его в ванной после мясорубки в больнице, можно было в расчет не принимать – и на старуху бывает проруха.

Один из бойцов ОМОНа шагнул на подъездную дорожку и знаком приказал Сергееву остановиться. Укороченный АК парень держал грамотно и смотрел внимательно, исподлобья, пока двое его коллег осмотрели салон «тойоты» и даже проверили багажник. Умка не возражал, сидел молча – служба есть служба.

У входа в дом его ждал Васильевич.

Они не виделись достаточно давно, больше полугода, и, возможно, Михаилу это показалось, а возможно, и нет, но Бузькин, всегда выглядевший одинаково бодро, как-то потух, осунулся, и если и походил теперь на Дональда Дака, то на постаревшего и грустного.

– Здоров, Михаил Александрович, – сказал он, протягивая для пожатия широкую, крепкую ладонь. – Рад тебя видеть…

– И я рад, Васильевич, – улыбнулся искренне Сергеев, отвечая на рукопожатие. – Что тут у вас? Война намечается?

– Похоже, – произнес Бузькин, улыбку проигнорировав. – Я уже и не знаю сам, что тут у нас начинается. Плохо все, Миша… У нас тут развод, понимаешь ли…

– Блинов с женой разводится? – удивился Михаил. – Распадается самый крепкий политический брак?

– Если бы… Она, кстати, баба неплохая, и не особо доставучая… И не так уж страшна, как присмотришься, особенно если приодеть. Нет, Михал Александрович, Владимир Анатольевич выходит из Политсовета партии. А может быть, и из самой партии…

– Круто, – сказал Умка, задумавшись. – Это у нас что получается?

– Пока не знаю, – вздохнул Васильевич и развел руками. – Но то, что ничего хорошего – голову даю на отсечение. Вчера и сегодня прокуратуру ждем.

– С оружием в руках ждем?

– Да, с оружием… Они тоже не с цветами к нам собираются. Шефа вот предупредили…

– Кстати, пока не забыл… Ты как у Блинова оказался?

– Выбрал из нескольких зол…

– Сам выбрал? – паузу между «сам» и «выбрал» Сергеев сделал чуть больше, чем полагалось, надеясь, что Васильевич вопрос поймет правильно.