1972

 – Ты сейчас дал мне такую стратегическую информацию, использовав которую можно стать не просто миллиардером… хмм… триллионером! Не знаю даже, как это назвать! И ничего за это не спросил?

– Ну… если у тебя есть совесть, если ты порядочный человек… пять процентов с дохода меня устроит! – Я хохотнул, но Рой меня не поддержал:

– Я подумаю над твоим предложением. Если чего-то я в своей жизни и усвоил, это то, что за все в ней надо платить. Иначе… иначе карма будет плохая. Можно еще вопрос, Майкл… скажи, где и как меня похоронят?

Я помолчал, раздумывая, стоит ли говорить, но потом решился:

– Ты умрешь в больнице Ньюпорт-Бич. Тебя кремируют, и твой прах развеют над океаном в районе гавани.

– Да, я так бы и хотел, – грустно заметил Рой. – Вот только как можно позже. Спасибо, Майкл!

Мы посидели еще с полчаса, говоря обо всем и ни о чем конкретно. Потом Рой поднялся и предложил мне пойти отдыхать. Завтра с утра выйдем в море, надо отдохнуть. Затем он крепко пожал мне руку, и я пошел в свою комнату.

Ниночка давно спала, разметавшись по широченной постели так, что короткая кружевная сорочка задралась до самой груди. Чем я и воспользовался – при полном непротивлении своей подруги в самом начале и активной поддержке моих действий в дальнейшем. В общем, уснули мы через час, усталые и очень довольные друг другом. Нам было очень хорошо.

Мы были в гостях у Роя Диснея три дня. На четвертый отправились домой. У него были дела, да и я не просто так деньги получаю – надо ваять нетленку, никто за меня ее не напишет. Да и вообще – «ни дня без строчки» – это не просто слова, это моя жизнь.

Вообще-то вот так вдуматься – зачем мне это надо? Стать богаче? Так я уже богат и мог бы жить на одни проценты. Или, например, накупить каких-нибудь дельных акций и жить на дивиденды. Зачем мне писать, истязая свой мозг днями и ночами, сутки напролет? Именно сутки, потому что, если кто-то думает, будто писатель работает только тогда, когда стучит по клавишам печатной машинки или компьютера, – он жестоко ошибается. Работа идет ВСЕГДА – когда писатель сидит за обедом, или прыгает перед боксерским мешком, выбивая из него пыль, или палит по мишени. И даже в постели, когда… в общем – работа мозга не прекращается никогда, и на сюжет будущей книги может повлиять что угодно – от вкусного пирожка с мясом и травами до увиденного на телеэкране самого что ни на есть тупого фильма.

Например, к написанию одной из моих книг меня натолкнул увиденный на экране рассказ психиатра о своем пациенте, который будто бы видит вокруг себя кучу различных существ, витающих в воздухе и присасывающихся к людям.