1971

Хе-хе-хе…

Леночка попятилась, повернулась и стремглав выскочила из кабинета, а Махров шумно выдохнул и, укоризненно покачав головой, сказал, усаживаясь в кресло у столика:

– Дочка моего хорошего знакомого, полковника. Он, кстати, нам здорово помогает. Попросил взять дочку на работу в издательство – пока секретарем, а освободится место, пристрою ее в редакторы. Девочка талантливая – стихи пишет, поет хорошо, на гитаре играет. Учится заочно на филологическом, в МГУ. Два года на дневном училась, потом перешла на заочный. Говорит, не хочу просиживать в аудиториях, лучше буду работать, чтобы быть ближе к настоящему делу! Это мы с тобой – настоящее дело! Хе-хе… она хочет быть к нам ближе! Эй, ты чего задумался?! Даже и не думай! Я тебе серьезно говорю про «пристрелить»! Папа у нее решительный мужик, у него не забалуешь! Хотя дочка им вертит как хочет… своенравная, хотя и… прелестная, правда? Господи, и как получаются такие невинные овечки в нашем жестоком и злом мире?! Папаша – волк волком, морда – кирпич об нее ломать можно! Мамаша – тот еще стальной столб, работает где-то в правительстве, жесткая, как оглобля, и красавицей ее бы не назвал. А вот дочка получилась – просто слов нет!

– Да я… и не думаю! – пробурчал я, явно покривив против истины. Я думал о Леночке, и еще как думал! И с трудом выгнал ЭТИ мысли из головы. Вроде как выгнал…

– Вот и не думай. Ты книжки пиши! А думать мы будем! Хе-хе-хе… Привез мне что-то? Порадуешь новыми книгами?

– Привез. Две последние книги серии про Неда и… одну книжку – я не знаю, как ты отреагируешь. Вернее, как отреагирует общественность. Если «Неда» они сочли слишком уж распутным, то эта… В общем, почитаешь и вынесешь свой вердикт. Давно лежит рукопись, первая, мной написанная. Наивная, не без огрехов, но… мне кажется, народ зацепит. Ну, я так думаю. Так мне мечтается!

– Посмотрим! Почитаем! – Махров потер пухлые ручки. – Замечательно! Просто замечательно! Кстати, слышал новость? Оказывается, ты не сам пишешь книги! За тебя пишет толпа писателей, которых подлые и злые издатели не допускают к печати! И ты платишь гроши, лишь бы они с голоду не умерли, а еще – каждый день бьешь их для профилактики! «Негры» за тебя пишут!

Я поперхнулся чаем, который как раз отпил из чашки, потом начал хохотать. Дохохотался до того, что из глаз полились слезы. Махров, конечно, не понял, почему я так ухахатываюсь, да и не надо ему понимать. И здесь меня ЭТО догнало! Господи, люди одинаковы во всех временах! Злоба, зависть, подлость и желание обгадить ближнего существуют с пещерных времен! И правда, возникает ощущение, что Бог взял и создал человека единовременно, сразу такого, какой он есть.