1971. Агент влияния

А вот Монклер… он хорош, правда! Не зря тут селились обеспеченные люди! Чистенькие улицы, засаженные огромными кленами, бросающими осеннюю листву на мостовую, не спешащие никуда люди, прогуливающиеся мимо зеленых стриженых газонов и ярких клумб с отцветающими растениями, названия которых я не знаю. Вот так и представляют Америку люди, которые не видели ни Бронкса, ни Гарлема, заваленных обломками домов, как после активной бомбежки и присыпанных сверху гниющим мусором.

Не зря я так хотел вырваться из Нью-Йорка. Нынешний Нью-Йорк враждебен человеку и по праву считается одним из самых опасных городов США. Это потом, уже в двухтысячных, в нем наведут порядок, а теперь… теперь президент Джеральд Форд сказал, что Нью-Йорк должен сдохнуть. И он подыхает. Его называют «Город Страха» из-за невероятно размножившегося в нем криминала.

Нет, Форд не впрямую сказал, что Нью-Йорк должен сдохнуть, не такими словами. Просто когда городская власть обратилась в правительство за помощью, поддержкой Нью-Йорка, умирающего от нехватки денег и захлестнутого преступностью, президент сказал, что наложит вето на любой проект правительства, спасающий город от банкротства. Почему он так сделал, с какой целью, никто так никогда и не узнал. И такое высказывание стоило ему политической карьеры – на следующее утро все газеты США вышли с заголовками: «Джеральд Форд сказал Нью-Йорку: „Сдохни!“»

Теперь средний класс города медленно, но верно перемещается в пригороды, оставляя в городских джунглях всех тех, кто не может себе позволить загородный дом, тех, кто живет на пособие-велфер, и самый что ни на есть откровенный криминал.

Итак, за 250 тысяч долларов плюс процент риелтору, плюс расходы на оформление, я стал владельцем загородного особняка в викторианском стиле. Вся обстановка – мебель, люстры, всякое такое – остались в доме и были, можно сказать, «условно-съедобны», как те грибы, которые можно бы и есть, но… лучше бы этого не делать. Мебель старая, пыльная, чтобы привести ее в порядок, понадобится немало времени, усилий и денег. Но в принципе жить можно. Не барин, однако. В свое время и в палатке с печкой-буржуйкой жил, и ничего – радовался, что вообще жив. А тут… такой домина!

Кстати, на территории был и еще один дом – небольшой домик, видимо, для проживания обслуживающего персонала. Четыре комнаты, вполне приличные. Туалет, ванная комната, кухня – все, как положено. А может, это был дом и не для персонала, а гостевой дом – не знаю. Может, и так. Выглядел он изнутри похожим на мини-отель с номерами – каждая дверь запиралась отдельно, своим ключом. Домик стоял в углу участка, укрытый от глаз беседкой, оплетенной каким-то ползучим садовым растением, очень похожим на одичавший шиповник. Не знаю я этих садовых растений.