120 дней Содома

Дюрсе, менее требовательный, надоедал ей гораздо чаще, и с тех пор, как она стала его женой, скольким жестоким и опасным для здоровья экзекуциям подвергался этот маленький проход! Впрочем, даже если Дюрсе ее щадил, она, предоставленная по договору в полное распоряжение всех четырех развратников, должна была подчиниться многим свирепым атакам.

По своему характеру Аделаида была очень романтична, что отразилось на ее внешности. Она любила находить для прогулок уединенные уголки и там в одиночестве проливать слезы, о которых никто не знал и которые разорвали бы сердце любого. Недавно она потеряла любимую подругу, и эта утрата являлась без конца ее воображению. Хорошо зная своего отца и его порочные наклонности, она была уверена по многим признакам, что ее подруга стала жертвой насилия Председателя.

Что касается религии, то здесь Председатель не принял мер по примеру Дюрсе в отношении Констанс, поскольку был совершенно уверен, что его речи и книги, которые он написал, навсегда отвратили дочь от религии. И ошибся: религия стала неотъемлемой частью души Аделаиды. Председатель мог сколько угодно поучать ее и заставлять читать его книги, – она оставалась набожной; все извращения, которые она всей душой ненавидела и жертвой которых была, не могли отвратить ее от религии, составляющей всю радость ее жизни. Она пряталась, чтобы молиться и совершать религиозные обряды, за что бывала сурово наказана как отцом, так и мужем, когда они ее заставали. Аделаида стоически переносила свои страдания, глубоко убежденная, что будет вознаграждена в ином мире. Ее характер был мягким и кротким, а благотворительность доводила ее отца до эксцессов. Презирая класс бедняков, Кюрваль стремился еще больше его унизить или искал в его среде бедняков жертв; его великодушная дочь, напротив, готова была все отдать беднякам, часто тайком отдавала им свои деньги, выданные ей на мелкие расходы. Дюрсе и Председатель без конца бранили и отчитывали ее за это и, в конце концов, лишили абсолютно всех средств. Аделаида, не имея больше ничего, кроме слез, горько плакала по поводу совершаемых злодеяний, бессильная что-либо исправить, но по-прежнему милосердная и добродетельная.

Однажды она узнала, что одна женщина, оказавшись в стесненных материальных обстоятельствах, собирается за деньги принести свою дочь в жертву Председателю. Как только довольный Председатель начал готовиться к процедуре наслаждения, которую он любил больше всего, Аделаида продала одно из своих платьев и вырученные деньги отдала матери девочки, отговорив ее от преступления, которая та едва не совершила. Узнав об этом, Председатель (его дочь еще не была замужем) наказал ее столь жестоко, что она две недели пролежала в постели.