10 000 € за ночь

Просто влюбилась в клиента… Причём считая, что это другой человек… Дурдом…

Я ехала, думая и о богатом и несчастном Якове, о его любви к Лере, к которой наконец-то не имела никакого отношения. О том, что впереди у нас должна была быть ещё одна ночь, а я, вместо того, чтобы продержаться эту и следующую — испортила всё. Несмотря на эту пьяную благодарность Якова, я не верила в то, что он был рад сказанной мною правде. Раньше он ждал этих ночей. А теперь он снова понимал, что у него снова больше нет Леры. Впрочем, судя по тому, что он рассказал, у него её никогда и не было. При этом он умудрился дважды её потерять и второй раз — благодаря мне. А точнее, моей несдержанности.

И чего я этим добилась? Его боли и моего провала. Штрафов, которые ждали меня от разгневанного Олега. Пятьдесят тысяч евро за ночь платил ему Яков… С ума сойти… За ночь со мной этот мужчина отдавал целое состояние и делал бы так ещё, если бы я не прекратила это своей истерикой… Ладно, зачем обманываться. За ночь не со мной. За ночь со мной он не отдал бы ни копейки. Он оплачивал близость с потерянной любимой женщиной. Точнее, с её иллюзией. Которой и была я.

А с другой стороны — промолчи я снова, разве я узнала бы правду? Закончились бы эти ночи в отелях и уехала бы я домой, так и не узнав, что занималась сексом вовсе не с Олегом. Что я вообще с Олегом сексом не занималась никогда.

Покрасневшими, заплаканными глазами смотрела я сквозь мокрое от дождя окно на проезжающие мимо автомобили. Эта картинка стала уже привычной. Я вообще быстро привыкла к ним, к этим пасмурным утрам с серым мелькающим пейзажем за окном, витиеватыми струйками воды на стёклах, тихой музыкой из магнитолы, широкими плечами личного водителя передо мной и осторожным его взглядом на меня в зеркало заднего вида.

Позади была боль Якова, впереди меня ждал гнев Олега, а между этими наковальней и молотом была всего лишь маленькая, невзрачная я — человек со стёртой внешностью и стёртым прошлым. Женщина с внешностью красавицы, так или иначе, повлиявшей на судьбы двух капиталистов, братьев-близнецов.

Было ли мне страшно? Да, пожалуй. Я не считала, что Олег причинит мне физический вред, но боялась его штрафов и новых условий, которые так или иначе ограничили бы мою свободу. Ведь я жила в этой золотой тюрьме, надеясь на скорое освобождение, а в итоге, похоже, сделала всё, чтобы не уйти так просто, как ожидалось, по истечении срока договора.

А с другой стороны, возможно всё обойдётся штрафом тысяч в тридцать евро и неустойкой в сорок за то, что я сорвала следующую ночь. Подумать только — штрафы на суммы, о которых я даже помыслить раньше не могла, а теперь могла оплатить… И даже с ними у меня всё равно останется огромное для меня количество денег на счёте.