Княжна Тобольская (СИ)

Довольно полумер и тайн! Василиса хочет быть счастливой, Василиса ею станет. В записи, сделанной 5 октября, накануне рокового ритуала, сквозила неприкрытая решимость. Вася пообещала отдаться возлюбленному в годовщину их знакомства, а потом, когда дороги назад уже не будет, рассказать о романе отцу и плевать ей на последствия для себя лично и Тобольской губернии в целом. Вот так! Отец либо смирится с выбором дочери, либо она порвёт с ним все отношения и сбежит в семью Паши.

Горький кофе тому виной или одиночество, но мне до слёз стало обидно за Василису. Бедняжка без памяти влюбилась в труса, который предал её при первой же серьёзной трудности. Недоказанной, попрошу заметить! Хорошо хоть она умерла, не узнав об этом…

Что примечательно, в дневнике не нашлось ни строчки о кровавых ритуалах, что только подтверждало полную невиновность девушки.

Закончив чтение, от греха подальше удалила из телефона весь компромат — смс-ки, фото и видео с Пашей. На дневник поставила сразу четыре пароля, последний из которых при неправильной попытке ввода автоматически уничтожит содержимое. Это уже не просто паранойя, а самая настоящая клиника, но мне так спокойнее.

Взболтнув остатками кофе, уставилась на погасший экран. Вместе с волной противоречивых эмоций дневник пробудил смешной страх. А если я тоже влюблюсь в Пашу? За минувшие месяцы эндокринная система Васи заметно перестроилась под предпочтения Ирэн, однако шанс рецидива ещё сохранялся. С точки зрения науки, любовь — это тривиальная физиология, и точно так же, как я «вспоминаю» ушу, я нечаянно могу «вспомнить» чувства…

Тьфу, аж передёрнуло от одной мысли!

— Ну, за торжество разума над телом! — отсалютовала стаканчиком в пустоту и залпом допила ароматный напиток.

Рождественская неделя выдалась ненастной. Глядя в окно на мягкую стену падающего снега, я вдруг подумала, что за три месяца ни разу не покидала территорию институтского комплекса. Всем учащимся позволено свободно выходить в город по выходным, посещать магазины, кафе, кинотеатры, но у меня никогда не было ни времени, ни лишних денег. Посмотреть на Екатериноград ещё успею, едой обеспечивает институт, одежды целый шкаф. Стипендия и то, что перечисляла мама, заботливо откладывались на безрадостное будущее, которое приближалось со скоростью поезда на магнитном подвесе.

27 декабря с самого утра на телефон посыпались сообщения с дежурными поздравлениями от немногих оставшихся знакомых и целой прорвы брендовых магазинов. Василисе Тобольской исполнился двадцать один год, юридическое совершеннолетие, согласно законам ВКР. Курьер экспресс-почты доставил подарок — маленькую коробочку с розовым бантиком. Конечно же, от мамы. Внутри лежали драгоценные серьги с крупными камнями зелёного цвета.