Дитё. Князь

Да что золото и пять тонн серебра! У меня в каюте в шести бочонках находились драгоценности на двадцать миллионов рублей золотом! Одним словом, мы конкретно опустили британцев на деньги. Теперь особо можно не беспокоиться отсутствием средств, хватит на всё.

Остальные суммы парни Афграфия Степановича должны были перевести в банки САСШ на разные подставные лица. Эти лица были сотрудниками нашей разведки, уже достигшими берегов Северной Америки. Их задача – закупка на эти деньги транспортных кораблей и перевозка купленного оборудования на территорию России. Большая часть купленных заводов после демонтажа и доставки в Российскую империю будет продана в частные руки, чтобы поднять производства того, что приходилось закупать за границей, на высокий профессиональный уровень в своей стране. Остальное пойдёт на казённые заводы и наше тайное предприятие. Одним словом, огромная афера по отмыванию денег и подъёму промышленности России близилась к завершению.

Да, кстати, барон был последним из Ротшильдов в Англии, остальных мы уже отправили кормить рыб и земляных червей. Больше твари не будут вредить нам, как это было в моём мире, и спонсировать войну британцев с нами.

Собрав вещи из комнат снятого дома – оплачено было ещё на месяц – мы на трёх колясках разными маршрутами покатили по тесным улочкам Лондона в сторону торгового порта, где и находился «Пересмешник», терпеливо дожидавшийся нас.

На трапе меня встретил капитан Лаврентьев, доложив, что на борту всё нормально.

– Это хорошо, что нормально. Готовьтесь, с отливом уходим в Россию, – велел я, разглядывая английский броненосец, что стоял на противоположной стороне порта и запасался припасами и свежей водой. – Похоже, отплывает скоро.

– Да, – с некоторым налётом зависти кивнул капитан и тоже посмотрел на броненосец. – Это «Глаттон», недавно спущенный на воду и только-только приступивший к морским испытаниям новейший броненосец береговой обороны. Флот его ещё не принял в строй, но испытания проводят военные моряки с частью разработчиков.

– Да-а-а? – заинтересовался я и стал с интересом разглядывать броненосец, делая вывод: – Утюг. И плавает, наверное, так же.

– Может, и так, – пожал плечами Лаврентьев. – Я изучал возможность постройки таких кораблей. Развитие прибрежных броненосцев российского флота было тесно связано со становлением российского броненосного флота вообще, проходя в специфических условиях, сложившихся после, надо признать, сокрушительного поражения в Крымской кампании, которая показала фактическую беззащитность наиболее важных областей нашей империи, включая столицу, против флота, состоящего из современных кораблей.