Закон клыка

Мне иногда кажется, что понимают… Хотя это, наверно, только кажется.

«Эргэдэшки» гулко и довольно громко стукнулись о землю – туман явно усиливал звуки. На мгновение замешкавшиеся стрелки далее тормозить не стали, синхронно попадав в бело-серую взвесь. Над ними немедленно колыхнулись плотные жгуты того же цвета. Обрадовалась аномалия: надо же, добыча сама, без приглашения норовит в пасть залезть – или чем там жрет людей эта белесая пакость?

Но покушать у Живого тумана не получилось.

Гранаты хлопнули почти одновременно, хлестнув осколками по ногам мертвецов. На месте взрывов мгновенно разлились два больших огненных пятна, формой похожих на круги, расходящиеся по воде от брошенного в нее камня. Странная реакция аномалии на взрыв, но на то она и аномалия, чтоб нетипично реагировать на внешние воздействия.

В общем полыхнуло нехило. Полыхнуло – и тут же погасло. На месте взрывов остались два черных пятна, свободных от тумана, внутри которых корчились несколько полусожженных живых трупов. Хорошо, что я гранаты подальше от людей кинул, а то бы могло и их прихватить этим странным огнем…

А туман мириться в дырами в организме не пожелал. Черные проплешины немедленно стали заволакиваться белесо-серой дымкой, уплотняющейся на глазах. Тут все логично. Когда ранен – не до еды, это и для человека естественно. Надо скорее оказывать самому себе первую помощь, а подлечившись можно и охоту возобновить…

Дыры в Живом тумане затягивались, и все больше становилось заметно, что аномалия уже не такая плотная, как раньше. Как говорил Михайло Васильевич Ломоносов, «ничего ниоткуда не берется и ничего никуда не исчезает. Если в одном месте убыло, то в другом месте обязательно прибудет».

И, соответственно, наоборот. За счет того, что туман активно латал дыры в организме, его общая плотность довольно значительно понизилась – я даже смог разглядеть в нем бойцов, по-прежнему лежащих на земле, сцепив руки на затылках. Отменная выучка – даже во время битвы с живыми мертвецами в эпицентре аномалии не забывают, что осколок в руку лучше, чем прямо в череп.

– Ко мне! – заорал я. – Бегите на голос! Быстрее, мллля!

В боевой обстановке без матюгов никак нельзя. Иначе не доходит. А ёмкий и звучный матюг после короткой и понятной команды ту команду значительно усиливает. Придает ей экспрессии, насыщенности, яркости, служит ее логическим окончанием. Просто заорать «Быстрее!» в бою, конечно, можно, но будет в том «Быстрее…» некий элемент недосказанности.

А вот «Быстрее, мля!» – совершенно иное дело. Сразу ясно, что если не ускоришься, ждут тебя весомые трендюли как от жизненных обстоятельств, так и от того, кто команду подал.