Закон клыка

Стреляли со стороны Заполья. Оттуда, куда я и направлялся. И что прикажете делать?

Опять же, самое разумное это переждать где-нибудь, пока любители опасных развлекух не наловят маслин в горячие лбы и не успокоятся.

Но мне просто любопытно стало, кто это может так отчаянно стрелять в этой глуши, и главное – в кого? Тут места поганые, гнилые, с дурной славой, потому, наверно, Кузнец сюда и перебрался. Нормальная тема для творческой личности, чисто чтоб не мешали созидать. И вдруг такая отчаянная молотьба в несколько стволов…

Впереди был пригорок, заросший высоким бурьяном, почти в рост человека. Вольготно ему на земле, пропитанной радиацией. В такой буйной растительности прятаться одно удовольствие.

Залез я на тот пригорок, раздвинул толстые стебли сорняков, чтоб лучше было видно, – и невольно присвистнул.

Дело в том, что на самой окраине Заполья, в низинке раскинулось довольно большое старое кладбище, накрытое, словно саваном, полупрозрачно-белесым туманом. Причем, по ходу, туман этот плавал там постоянно, и был слишком густым для того, чтоб быть просто обычным атмосферным явлением. Из этой почти осязаемо-плотной взвеси торчали покосившиеся кресты, напоминавшие голые мачты давно затонувших кораблей.

Помнится, именно в этом молоке однажды блуждал я с напарником в поисках «серебристой паутины», артефакта довольно редкого, и при этом смертельно опасного. И ведь нашли, и даже доставили к Кузнецу, которому «паутина» была необходима для создания новой «Бритвы».

Правда, для этого пришлось нам неслабо повоевать в «живом тумане», имеющим свойство поднимать из могил мертвецов. Как только почует гигантская аномалия, что запахло теплым ходячим мясом, так и полезут зомби из могил, да такие, что только держись. Симбиоз, блин… Экосистема, мать ее за ногу.

И вот сейчас в этой экосистеме отчаянно боролись за жизнь четверо бойцов в грязных, драных, заляпанных кровью камуфляжах. Пятого чуть в сторонке жрали живьем мертвецы, отрывая от тела трепещущие куски плоти и обильно поливая кровью «живой туман», который жадно тянул к месту пиршества белесые ложноножки.

А оставшиеся в живых отстреливались. На все четыре стороны, так как восставшие из могил мертвецы лезли к ним со всех сторон. Четыре автомата зло и часто тявкали одиночными, что есть правильно – очереди очень быстро опустошают магазин, плюс ствол постоянно тащит вправо и вверх.

И, надо сказать, стреляли бойцы неплохо. Быстро сообразив, что даже выстрел в голову не всегда дает стопроцентный результат, прицельно клали пули в шеи ходячих трупов, стремясь перебить шейные позвонки.