Клуб шальных бабок

Подбежав к избитому Селиверстову, Надежда подхватила его под руку, чтобы помочь удержаться на ногах, и проговорила с искренним сочувствием:

– Мужчина, как же вам досталось! Вам нужно скорее в травму… Я вам помогу добраться!

К ее удивлению, Селиверстов выдернул руку, взглянул с ненавистью и процедил через разбитые губы:

– Отстань, бабка! Чего тебе надо?

Надежда Николаевна почувствовала горькую обиду. Вот как современный человек реагирует на милосердие! Она-то, наивная дура, хотела ему помочь, а этот низкий, неблагодарный человек мало того что оттолкнул протянутую ему руку помощи, так он еще и обозвал ее «бабкой»!

Такого с ней еще никогда не было. Ну, допустим, девушкой ее тоже давно уже не называют, только один раз, в автобусе, какой-то дядечка со спины не разобрался, попросил – девушка, передайте деньги… но обычно ее называют дамой, в самом крайнем случае – женщиной. Обращение, конечно, не бог весть какое изысканное, но к нему уже все как-то привыкли. Но чтобы «бабкой»!

К обиде примешалась самая настоящая злость.

«И что я с ним вожусь? – подумала Надежда. – Брошу его здесь, пусть как хочет, так и выбирается!»

«Но тогда ты ничего не узнаешь о том убийстве на корпоративной вечеринке! – проговорил ее внутренний голос, который до этого молчал, как партизан на допросе. – А между прочим, скорее всего, он-то и есть убийца! Так что, расследовав убийство и выведя Селиверстова на чистую воду, ты ему заодно отомстишь за хамство!»

На этот раз, как ни странно, Надежда была согласна со своим внутренним голосом.

В довершение ко всему из подворотни послышался топот приближающегося стада носорогов. Видимо, владелец джипа разделался с той мрачной троицей и теперь возвращается. А в таком случае ему лучше не попадаться на дороге. Известно ведь, что носорог очень плохо видит, но при таких размерах это уже не его проблемы…

– Слушай, ты, красавец мужчина, если не хочешь, чтобы тебе еще добавили, делай что я скажу! – проговорила Надежда с неприязнью и снова подхватила Селиверстова под локоть."

"Она еще раньше, осматривая двор, заметила в дальнем углу ступени, ведущие вниз, к подвальной двери. Теперь она поволокла к этому подвалу вяло упирающегося Селиверстова.

Тот поначалу что-то недовольно ворчал, но когда из подворотни вылетел, громко топая и пыхтя, разъяренный владелец джипа, Василий замолк и прибавил шагу.

Все слышали об испанской корриде, но не все знают, что коррида – это только кульминация и завершение праздника, продолжающегося целый день, а то и несколько дней, и что перед боем быков происходит событие не менее важное и гораздо более массовое – так называемый бег быков.