Ключи судьбы

– А не думал ты, чтобы их оттуда вызволить?

– Как не думать? Просил у Ольги отдать мне Добрыню, чтобы вырастить из внука наследника себе в Деревской земле.

– И что? – Гость в волнении подался к нему.

– Святослав сказал: и не думай. А Ольга сказала: род деревский больше в земле Деревской править не будет. Только русский. Только я, внук Вещего, но не мои внуки – Володиславовы дети…

Это имя Олег произнес совсем тихо, будто оно могло потревожить ту губительную вражду, что чуть не сожрала и малых детей. И даже сейчас еще не мог толком принять, что называет имя, глядя на его обладателя.

– А Малуша?

– Жаль деву, совсем молодой она без матери осталась. Ты знаешь, что Предславу… в Плесковскую землю по осени увезли?

Олег смутился: было неловко говорить с бывшим зятем о новой жизни и новом муже своей дочери.

– Знаю.

– Откуда?

– Да от Малуши.

– Ты ее видел? – Олег выпрямился.

– Вот недавно, по весне.

– Где?"

"– В Киеве. И Добрыню видел. С Малушей говорил немало. Славная дева у нас растет: умная, неробкая. Чести рода верная. Не простят нам деды, если мы ее такую в рабах у Ольги оставим. У тех, кто ее обездолил, родню сгубил, всего наследия лишил. И если ты, ее дед родной, не поможешь…

– Но я и так ее не покидаю! Как бывают мои люди в Киеве, всегда подарки ей посылаю, велю спрашивать, не терпит ли нужды какой…

– Нужды! В рабах живя, нужды она не терпит. Сыта, здорова, одета. Да не в том ее доля! Она родом самой Ольги выше, а в служанках прозябает, умываться ей подает! В том ее истинная доля, чтобы самой на княжьем столе сидеть! Я – ее отец, я свой стол потерял, тебе он достался. Но пусть так. На то, знать, божья воля. Но пусть я сам сдохну, как пес, лишь бы дочери моей или сыну досталось их истинная доля.

– Но чем тут помочь?

Олег Предславич, князь, вождь хорошей дружины, в тревожной растерянности смотрел на изувеченного бродягу. А тот, все имение свое носивший в котомке, решимостью был куда богаче его.

– Ты для чего ныне в Киев едешь?

– От Святослава к матери его с делами.

– Слыхал я про ваши дела. Еще в Киеве весной все войны ждали. Я к Етону плеснецкому пробирался, да вот тебя повстречал. Сказали люди в Мухаревой веси, что сам князь мимо них проезжал с дружиной, из Плеснеска путь держит. Я и понял: сами боги тебя ко мне навстречу послали…

– Жма! – вдруг донесло от соседнего костра.

Лют переменился в лице, хлопнул себя по колену, вскочил и устремился к собеседникам.

– Это ж Володислав деревский! – воскликнул он, обращаясь к Олегу, но глядя на одноглазого. – Маломиров братанич! Он весной в Киеве был! Повадился к Эльге на двор лазить, Мистина видел его там. Сразу не узнал, а потом вспомнил! Отвечай – ты?

Он придвинулся к одноглазому, будто готов был его схватить.

– Видишь! – Тот попятился и глянул на Олега.