Ключ к счастью попаданки (СИ)

Ну чего тебе просто так-то не сидится дома? Еда есть, крыша над головой есть, чего не хватит — всегда у нас можешь взять. Зачем тебе эти причуды глупые? Додуматься же надо — взрослым людям молоко скармливать, как поросятам каким.

— Не молоко, а то, что я из него сделаю. Хотя и молоко само по себе очень полезно.

— Ага, были у нас такие умники. «Всё полезно, что в рот полезло», — процитировал дед. — Песок тоже в рот лезет, вполне себе помещается. Или, вона, червяк, который после дождика по огороду ползает. Азын-траву ещё можно скушать на болоте. Не помрёшь, но животом маяться долго будешь. Слышь, Ульна, ты сама-то поедушку твою ела? Я не слягу? Сено, сено же пропадёт, если я разболеться надумаю! — взвыл расстроенный Пекас.

Ой, ну до чего он у меня, всё-таки, нервный! Не старый ещё и по-своему красивый, а переживает, как соискатель на собеседовании. Дадут оклад — не дадут? Или опять скажут — мы вам позвоним?

— Деда, но ведь у меня не продажа, у меня — угощение, — объяснила я существенную разницу. — Для продажи всё, как положено, проведу, ты проконтролируешь.

Я похлопала ресницами, сделала самое невинное лицо и голосом воспитанной подлизы пропела:

— Не сляжешь и всё уже хорошо, я вчера ела. Феня, ну попробуй хоть, покажи деду, что я его не отравила!

Феня решительно придвинулась ближе ко мне, взяла один блинчик, развернула, разглядывая содержимое."

"— Надо же! Пахнет молоком и белое, а вона какое густое, как каша, — заметила Феня, удивлённо качая головой.

Завернула начинку и, зажмурив глаза, откусила. Прожевала, проглотила, откусила ещё. Запила взваром.

— Пекас, — сказала Феня, откусывая от второго блинчика. — Можешь ругать меня как хочешь, можешь кричать, что я курица и дура-баба, но только я такой вкусноты никогда ещё не ела!

Дед сердито топнул ногой, подхватил грабли и пошёл в поле.

Глава 31

Три дня мы трудились в поле, сгребая сено. До темноты дед успевал сделать несколько рейсов в село, разгрузиться и приехать назад. Я набила мозоли на ладонях и подпалила на солнцах нос. Он покраснел, некрасиво шелушился, но я терпела.

Вечерами, при лучине и дедовом фонаре, который он мне щедро пожертвовал в приданое, делала адыгейский сыр — на что-то большее пока не было сил. На адыгейский тоже не было, хотелось упасть на лавку и спать до завтрашнего обеда, но меня останавливала жадность.

Не использую молоко сегодня — завтра оно или перекиснет, что существенно испортит вкус продукта, или Феня решит, что раз тара всё ещё занята, значит, мне пока больше молока не надо, и выльет его свиньям.

Поэтому вечерами я, сполоснувшись для бодрости в бане чуть тёплой водой, бралась за дело.

Молоко и сыворотку разогреть до нужной температуры.