Безжалостные клятвы

Роман знал, что не спит и в своем уме, даже если стоял лицом к лицу со сновидением.

Он смотрел на Айрис Уинноу.

22

Превратиться в дым

Айрис опустила гаечный ключ.

По спине пробежал холодок. Она смотрела на Романа не дыша. Вдруг он ей только чудился? Вдруг сейчас он превратится в незнакомца, как только она закроет глаза? Это походило на жестокие чары Дакра, которые бог с удовольствием насылал, даруя надежду и сразу разрушая ее реальностью.

Пот попал в глаза, размывая все очертания.

Айрис заморгала, но Роман оставался на месте – такой же настоящий, каким она его помнила. Она позволила себе расслабиться, хотя, наверное, это было глупо. Но она хотела любоваться им, отследить каждую линию и каждый изгиб его тела.

К ее потрясению, он выглядел старше и худощавее. Раньше его щеки не были такими впалыми, и не было этой холодности в выражении лица.

– Китт? – осмелилась прошептать она.

Роман не шевелился, но Айрис видела, что он сглотнул. Горящие голубые глаза изучали ее, и Айрис бросило в дрожь, пока она не поняла, что он тоже рассматривает ее с головы до ног. Ее растрепанные волосы, веснушки на лице. Чем дольше он смотрел, тем больше смягчалось выражение его лица. Неужели он ее узнал? Неужели что-то в ней пробудило его память? Смертная связь оказалась сильнее божественной магии?

– Китт, – снова проговорила она. – Китт, я…

Роман приложил палец к губам. Оба молчали, прислушиваясь к сердитым голосам внизу. Видимо, наверх поднялся только Роман. Но, судя по тому, как содрогался дом, остальные были недалеко.

Он не отводил от нее глаз, они ждали, когда гомон внизу уляжется. Открывались и закрывались двери. Звучали приказы, хотя слов было не разобрать.

Айрис до боли прикусила губу. Неужели ее возьмут в плен? И Романа вместе с ней? Она вздрогнула, представив это.

– Тебе есть куда идти? – наконец прошептал он. – Какой-то способ сбежать?

Айрис посмотрела на гаечный ключ в своих руках, убрала его в карман и разжала покалывающие пальцы.

– Да. Меня ждет машина. Я собиралась вылезти в окно.

Роман медлил; прядь черных волос упала ему на лоб.

– Наверное, сейчас ничего лучше не придумать."

"Она кивнула, подавив желание броситься к нему в объятия. Вдохнуть его запах. Уступить искушению и сдаться прошлому, как будто они никогда не расставались; броситься в омут того, что было когда-то. Но его вежливая сдержанность погасила этот огонь. Его настороженность и слова…

«Он меня не помнит».

Эта боль ее чуть не сломила. Она повертела обручальное кольцо на пальце. Этот жест не укрылся от пристального взгляда Романа, но все равно не вызвал в нем ни искры узнавания.

Айрис смотрела, как Роман идет к окну, и в груди у нее опустился камень. Роман без особых усилий поднял окно полностью, и в комнату ворвался порыв холодного ночного воздуха.