Клятва рыцаря

Однако, прильнув к ее губам, Кормак почувствовал, что у него едва ли хватит выдержки совершить обратное путешествие. Когда же он поцеловал Элспет в ямочку у основания шеи, а она начала гладить его ноги своими ступнями, Кормак уже не был уверен, что доберется даже до ее колен."

"Элспет вскрикнула от наслаждения, когда его губы сомкнулись вокруг ее напряженного соска. Она запустила пальцы в его густые волосы и, крепко прижавшись к его телу, потерлась об него. Кормак слишком медлил, и, чувствуя, что он старается обуздать свою страсть, Элспет решила сломить его сдержанность.

— О, ангел мой, — простонал он, уткнувшись лицом в ложбинку на ее груди, — не надо торопить меня. Я хочу медленно наслаждаться тобой.

— Я чувствую это, однако не уверена, что смогу выдержать такую пытку, — сказала Элспет дрожащим голосом, сгорая от желания.

Когда он поцеловал темный треугольник, прикрывающий ее лоно, она вздрогнула от такой ласки среди бела дня, но лишь на мгновение. Затем она вся растворилась в наслаждении и уже не думала о скромности, когда он начал ласкать ее языком. Элспет стонала, охваченная страстью, и умоляла его остановиться, но он не прислушивался к ее мольбам. Почувствовав приближение пика блаженства, она предупредила его об этом, угрожая страшными последствиями, если он немедленно не присоединится к ней.

Кормак рассмеялся и, устроившись между ее ног, приподнял за бедра, а затем вошел в нее. Он застонал и стиснул зубы, стараясь сдерживаться, чтобы не кончить слишком быстро. Она была такой тесной, горячей, влажной, такой зовущей. Наслаждение пронзило его. Элспет извивалась под ним, плотно обхватив ногами за талию и прижимая к себе, чтобы он проник в нее как можно глубже. Вся его сдержанность пропала, и с тихим стоном он начал двигаться, вознося их обоих к вершинам наслаждения. Он испытал особое удовлетворение оттого, что их разрядка наступила одновременно.

Прошло немало времени, прежде чем Кормак пришел в себя и обрел способность здраво мыслить. Чем меньше дней оставалось до их расставания, тем сильнее он жалел о том, что должен покинуть Элспет, и это усиливало в нем чувство вины. Он не хотел оставлять ее, но вынужден был сделать это.

Поскольку он связал себя обязательством с другой женщиной, Элспет могла быть только его любовницей. Кормак понимал, что такие отношения с ней не могут продлиться долго и он не имеет права так бездушно пренебрегать чувствами ни Элспет, ни Изабель.

— Теперь, пожалуй, нам следует подумать, как избежать встречи с сэром Колином, — сказал он, целуя ее и размыкая объятия.

Элспет села и сразу потянулась за своей одеждой.

— Упоминание об этом человеке подобно ушату холодной воды, после которого все приятные ощущения улетучились.