Порочная клятва

– Вполне очевидно, почему она это сделала, – тихо говорит он.

Мэлис оборачивается к нему.

– И что ты имеешь в виду, говоря, что это «вполне очевидно»? Я был уверен, что мы заключили чертово соглашение. Договорились дать ей еще несколько дней, и если она не сможет найти ничего, что можно было бы использовать против старой ведьмы, мы сбежим. У нее не хватило времени на осуществление своего плана, так что нам пришлось выполнить свой. И теперь она отвернулась от нас?

– Она не отвернулась от нас, Мэлис. Она просто… готовится к свадьбе. Я не знаю, почему она решила это сделать, но мы можем сидеть здесь и жаловаться на это, а можем пойти и остановить ее.

Эти слова позволяют наконец достучаться до Мэлиса, и он кивает. Затем заводит машину и запускает двигатель, срываясь с места так быстро, что нам с Виком приходится изо всех сил держаться, чтобы не метаться по салону.

Теперь, когда удивление сошло на нет, я догоняю Мэлиса в отношении испытываемых эмоций. Появляются гнев и возбуждение, и, прежде всего, непонимание.

– Она с самого начала считала, что побег – это плохой план, – продолжаю я, размышляя вслух. – Может, она придумала что-то получше?

– Лучшего плана просто не существует, – огрызается Мэлис. – Гребаная свадьба сегодня. Что, по ее мнению, она могла узнать так близко к крайнему сроку?

– Не знаю. Я просто не понимаю. Должна же быть какая-то причина.

– Если причина есть, то почему она нам не сказала? Если бы у нее был другой план, она бы нас предупредила, – настаивает Мэлис. – Наверное, эта старая сука что-то ей сказала. Угрожала или что-то в этом роде. Другого объяснения нет.

– Есть еще одно объяснение, – добавляет Вик тихим голосом. – Однажды мы защитили ее, прибегнув к чудовищной лжи. Возможно, это ее способ сделать то же самое.

Как только он это произносит, в груди начинает щемить еще сильнее. Ведь он прав. Однажды мы обманули Уиллоу, чтобы защитить ее, потому что думали, будто это лучший способ справиться с дерьмовой ситуацией. И это чертовски логично, что она попыталась бы сделать то же самое, если бы сочла нужным.

И я ненавижу это. Ненавижу оставаться в неведении, потому что кто-то другой принял решение попытаться защитить нас.

Мэлис точно чувствует то же самое. Его челюсть стиснута, губы плотно сжаты, и кажется, что он вот-вот взорвется снова.

Я напрягаюсь, но дикий вопль, который он издает, все равно заставляет меня вздрогнуть. Он ударяет руками по рулю и выжимает газ, заставляя нас мчаться по дороге еще быстрее.

Мы подъезжаем к церкви с визгом шин. Времени почти нет. Мэлис паркуется на другой стороне улицы, и мы видим, что двери уже закрыты.

– Черт. Церемония, наверное, уже начинается, – бормочу я.

– Нам нужен план, – говорит Вик. – Нужно вытащить Уиллоу, но там будут сотни свидетелей.