Клеймо тирана (СИ)

Сколько сижу так, не знаю, знаю, что луплю глазами в одну точку, совершенно не понимая, как вообще можно жить дальше. Кому верить. Как жить.

Леон появляется еще через час, отвозит меня домой, где уже стоит новая железная дверь, укладывает в кровать, но не трогает, словно чувствует, что вот сейчас, наверное, впервые за наши так называемые отношения я пошлю его нахер.

Просто рядом сидит, молча курит.

— Нужно просто подождать.

— Сколько? А скольких еще тебе нужно будет убрать? Это ты убил ту женщину с ребенком? А если потребуют убить меня!?

— Что ты хочешь от меня?! Я не могу просто взять и попросить уволить меня. Это не так работает!

— Ничего, Лень Ничего я от тебя не хочу! — отворачиваюсь к стенке, но его это не устраивает.

— Зато я хочу, иди сюда.

— Нет! — не даю себя тронуть. — Я не хочу.

— Вранье ты всегда хочешь, всегда течешь, как только касаюсь тебя, — дергает он штаны, кофту, принимаясь мять грудь. Да, тело реагирует, но в душе такой раздрай, что я не выдерживаю. Бью его по лицу, отпихиваю, пока он пытается меня поцеловать, хватает за щеки, подтягивает к себе, обнимая ручищами, ноги мои раздвигая.

Я понимаю, что дергаться бесполезно, если он хочет он возьмет. Как бы я не сопротивлялась, как бы не применяла приемы, которым он меня и научил, он все равно сильнее.

Так что я просто отворачиваю лицо, обмякаю в его руках и жду, когда он закончит.

Он еще минуту пытается втянуть меня в свою игру, трогает, ласкает, целует, но я закрываю глаза, и отключаюсь, решая для себя, что пора уходить при первой возможности.

— Ну давай, блять! Двигайся! Сопротивляйся! Отвечай! — трогает меня, пальцами между ног гладит, по соскам скользит губами, с себя одежду снимая, головку члена приставляя. — Вер, ну девочка, ну посмотри на меня!

Я лишь губы поджимаю, снова роняя лицо на бок. Я словно не здесь. Я просто смотрю в одну точку, готовая принять все что он хочет сделать. Только пусть не ждет, что я отвечать начну. Что снова захочу с ним. Не так. Не здесь. Не сегодня.

В какой — то момент все кончается. Зверев просто поднимается, смотря в мои пустые глаза и встает, застегивая ширинку, забирая скинутую футболку и уходит из квартиры хлопнув дверью.

Я же лежу еще минут двадцать, просто втягивая остатки его мужского запаха, впитывая его, запоминая. Того, кого люблю. Того, кого боюсь.

Наконец встаю, чтобы подготовить сумку к побегу. Или с помощью Коли или одна с малышом под сердцем.

Я оставляю все, что он купил. Вещи, белье, украшения. Забираю лишь серебряный кулон, что он купил мне в Турции. Он в виде круглой монеты. Женщина на рынке говорила, что это символ вечной любви. Тогда я верила. Теперь… И теперь верю. Верю, что буду любить Леню всегда. Но его ребенка гораздо сильнее.