Клеймо тирана (СИ)

Весь мир сводится в одной точке соприкосновения, там, где его плоть царапает мою венам.

Я чувствую каждый миллиметр.

Почти не дышу, ощущая, как меня распирает изнутри. Тянутся нити нервов.

Внизу живота наливается ком тянущей боли.

Но такой непонятной, сладкой. Леон смотрит вниз, я и сама бросаю взгляд туда, где сквозь две половые губы полностью скрылся член, как наши бедра соприкасаются, как плоский смуглый живот моего мучителя идеально контрастирует с моим бледным.

Леон отводит бедра назад. Осторожно, до трясучки нежно. Тело сводит судорогой, и я понимаю, что мне мало.

Чего, я даже не понимаю.

Просто непонятная жажда, от которой сводит между ног.

Он словно чувствует.

Делает рывок внутрь, стреляя по телу молнией похоти. Одной. Второй.

Пока не плавлюсь от рук, что сжимают мою грудь, от губ, что накрывают губы.

Мы просто сливаемся в одно дыхание, которое кочует из его легких в мои и обратно. И я уже отравлена этим чудовищем. Просто понимаю, что сейчас не способна повернуть назад.

Отпускаю себя, отвечаю на поцелуй.

Жесткий, грубый, но настолько сладкий, что я освобождаю его волосы и перевожу руки на тугие, могучие плечи.

Из груди рвется стон. Скрыть я его не в силах.

Зверь рычит, толкается еще и каждое движение сильнее предыдущего.

Член вторгается так глубоко, что редкие шлепки наших влажных тел колют стыдом. Но сильные руки не позволят прекратить, а я и сама не смогу остановиться.

Он прерывает поцелуй. Но только лишь, чтобы вылизать шею.

Прочертить линию языком до самых сосков.

Я лишь задираю голову, чувствуя, как горячий язык, слюна обволакивают то один, то другой.

Я чувствую себя ужасно грязной. Неправильной. Порочной. Но настолько реальной, что страшно.

Все что могу делать — это принимать член внутри себя, ощущая, как темп трения нарастает как влаги внутри становится больше, как она стекает по бедрам, на кровать.

Руки, ласкающие меня становится нетерпеливыми, а губы жалящим.

Не могу говорить, не могу даже стонать, лишь открывать рот в попытке захватить ртом воздух, как рыба на суше, пока медленные толчки сменяют быстрые.

До тех пор, пока губы не заменяют руки, стягивающие плоть в одном большом кулаке, а другая рука толкает мои ноги, заводит их себе за спину.

Я почти обездвижена, он руководит мною как куклой, а я лишь могу подчиняться, продолжая выстывать на каждый сильный удар внутри себя.

Удар за ударом. Как забег на выживание. Соревнование, чьи нервы сдадут быстрее.

Он дёргает мои волосы, заставляет смотреть в глаза.

В моих лишь капитуляций. В его звериный интстинкт присвоения. Я ему не буду принадлежать, но прямо сейчас я ощущаю себя собственностью Зверева. Его игрушкой.

Он рычит на каждый удар. Принимается не трахать, а долбиться, словно кулаком в стену.