По высшему классу

Она слегка поморщилась, вспомнив просьбу Билли, которой она не могла отказать: заняться гардеробом Мелани Адамс, которая должна была сниматься в новом фильме Уэллса Коупа «Легенда».

Коуп, самый известный, удачливый, но в то же время надежный и обладавший безукоризненным вкусом продюсер в Голливуде, провел целый год в поисках выигрышной «последебютной» ленты для этой самой Мелани Адамс, которой ее первый фильм, вышедший в прошлом году, принес заслуженное признание и мировую известность.

«Легенда», в сюжете которой искусно переплетались биографии Марлен Дитрих и Греты Гарбо, была в самом деле предназначена для актрисы, которой не могло повредить сравнение — по крайней мере, чисто внешнее — с двумя бессмертными дивами. Сама Вэлентайн безоговорочно отказала бы Мелани Адамс, несмотря на всю рекламу, которую получила бы при этом, — она не нуждалась в дополнительных восхвалениях в прессе и обычно не поддавалась на просьбы, сколь настойчивыми они ни были.

Потому что для Вэлентайн Мелани Адамс навсегда оставалась бывшей манекенщицей, которая четыре года назад оставила, уходя, в руинах душу и сердце Эллиота — и Вэлентайн пришлось немало тогда потрудиться, чтобы восстановить разрушенное.

Дело в том, что Эллиот, ее Эллиот, всегда был самым искренним почитателем женского пола. Сама мысль о том, что в мире есть женщины, вызывала в нем чистейший восторг — и он дарил им себя с тем же теплом и нежностью, какими неизбежно встречала его прекрасная половина, лечил их раны и согревал их души. Но еще до того, как расцвела его любовь к Вэлентайн, он имел несчастье любить другую женщину — Мелани Адамс.

А она — она была с ним жестока до крайности, безжалостно использовала его, лгала бесконечно; чувство Эллиота вызывало у нее лишь презрение. Эллиот ни в чем не обвинял Мелани, когда ему случалось заговаривать о ней с Вэлентайн — наоборот, он старался понять ее, объяснить как-то ее поступки, но Вэлентайн сама понимала все, и в душе ее крепло желание наказать женщину, осмелившуюся причинить ее Эллиоту столько боли, унизить человека, которого любила она, Вэлентайн. Эллиот был настоящим джентльменом. Встреть он сейчас Мелани Адамс — и он был бы добр к ней, не допустил бы и мысли о мести; но женская натура Вэлентайн требовала отмщения.

И к тому же, говоря откровенно, — Вэлентайн невольно качала головой, словно ее изумляла собственная догадка, — не любопытно ли ей просто взглянуть на эту самую Мелани Адамс? Увидеть собственными глазами во плоти ту единственную женщину, кроме нее самой, которую когда-то так сильно любил Эллиот?

Мелани Адамс прибыла в студию как раз в ту минуту, когда Вэлентайн застегивала последнюю пуговицу простого белого халата, который при встречах с клиентками всегда надевала поверх костюма.