По высшему классу

Мелани сопровождала целая свита: собственной персоной Уэллс Коуп, красивый блондин лет сорока, стройный и ухоженный, исполнительный продюсер, два рекламщика, личный парикмахер Мелани Адамс и секретарь. Все шестеро, разумеется, кругами ходили вокруг звезды, так что вначале Вэлентайн просто не разглядела ее — мадам стояла с отсутствующим видом среди своих клевретов, словно жрица среди покорного племени, а они по очереди представлялись тем временем хозяйке салона.

— Мне искренне жаль, мистер Коуп, что я не могу пригласить вас в студию, — объявила Вэлентайн, когда церемония окончилась. — Я понятия не имела, что вы лично собираетесь сопровождать мисс Адамс, и я, право, не могу понять, к чему здесь все эти люди.

Уэллс Коуп рассмеялся — холодный тон Вэлентайн, как видно, ничуть не задел его.

— Разумеется, мне следовало предупредить вас, мисс О'Нил, но костюмы к «Легенде» слишком важны для Мелани, чтобы она могла приехать сюда одна. Мы здесь лишь для того, чтобы облегчить вам вашу работу, помочь вам, и…

— Со своей работой я справлюсь сама, мистер Коуп. Я читала сценарий и, думаю, весьма точно представляю себе, какие именно костюмы вам требуются. Мне нужна только мисс Адамс.

— Но… вы, видно, не понимаете. Мисс Адамс… Мелани… взяла нас с собой, чтобы мы, так сказать, проторили ей путь, обеспечили тыл, и…

— И все это время держали бы ее за руку? Если она не находит возможным мне на это время довериться, не стоит и начинать, уверяю вас. Разумеется, в будущем ваше участие будет необходимо — ваши суждения о подобранных моделях, замечания, корректировка — с моим, разумеется, участием, — но сегодня мне нужна мисс Адамс, и только она. И, к сожалению, именно сегодня я не могу уделить ей более двух часов. Итак, вы оставите ее здесь со мной или предпочитаете вместе с ней покинуть студию?

— Видимо, вам следовало меня предупредить. Я никак не ожидал, что вы столь… э-э… — Уэллс Коуп больше не улыбался.

— Столь?.. — подняла брови Вэлентайн, в душе довольная его замешательством, что, однако, никак не отразилось на ледяном выражении ее лица.

— Столь… решительны.

— Нравится это вам или нет — вам виднее; а теперь, мистер Коуп, извините, но вы отнимаете мое время.

— Мелани? — Коуп вопросительно посмотрел на нее.

— Бог мой, Уэллс, неужели вы все не можете выкатиться отсюда к чертовой матери? — В голосе Мелани Адамс до сих пор слышались отзвуки нежных провинциальных переливов говорка ее родного Луисвилла, штат Кентукки; однако интонация была уже здешней — резкой.

Уэллс Коуп сам нашел ее, придумал ее, сделал ее актрисой, подписал с ней контракт на четыре фильма. Поклонение, потоком обрушившееся на нее после первой картины, сделало для нее опеку Уэллса достаточно тягостной, но она пока не видела способа вырваться.