По высшему классу

Расслабься! Все равно по-настоящему увидеть их шланги у нас никогда не получится, чего мелочиться? Ну, давай! В мою первую — Фрэнк Синатра! — Джиджи торжествующе щелкнула пальцами при виде выражения неподдельного ужаса, появившегося у Мэйзи на лице.

— Бог мой, Джиджи, у тебя там скоро будет дом престарелых! Ты хохмишь или решила в извращенки заделаться?

— Мой интерес, — нацепив на нос взятые у подруги очки, Джиджи стала похожа на Глорию Стайнем, — сугубо исторический. Может, у Старого Синеглазого такой же старый и синий… Когда он был помоложе, женщины, говорят, из-за него чуть не вешались.

— Ну, в таком случае у меня — Ричард Никсон.

— Это уже глупо, Мэйз, — я всерьез советую тебе не делать этого. Считай, что я никогда не слышала от тебя этого имени, — серьезно сказала Джиджи.

— Ладно. А я тогда не слышала про Синатру. Ну, давай дальше. Вот, Дастин Хоффман, я хочу на него посмотреть! Дастин Хоффман — в первую!

— Да, я тоже, еще с тех пор, как вышел «Выпускник», — согласилась Джиджи. — Дастин Хоффман — для нулевой десятки, если такая бывает, на него посмотреть бы стоило. Ладно, теперь поищем у писателей… Норман Мейлер?

— Вот уж никогда! И в пятую не годится.

— Да я просто тебя проверяла, не дергайся. Он со своей драгоценной спермой вообще ни в одну не войдет — разве только из жалости к его возрасту.

— Никаких сомнений, — кивнула Джиджи. — Выбор, правда, слабоват — кандидатура больно известная. А после «Портного» все эти его рогатые ужасы так приедаются, что уже как-то и не по кайфу. Нет, не трать голоса. А старик Сэлинджер как — подходит?

— Ой, Джиджи, прекрати! Он же живет монахом!

— Да, но писать он мог. Старые, но золотые, Мэйзи. Старые — но самые лучшие…

— Джиджи, если ты опять назовешь сейчас Уолтера Кронкайта, я больше играть не буду.

— А я уверена, что он — полный отпад… Я его впишу в свой Зал славы. Там хоть столетним будь — остаешься пожизненно.

— Вот, снова новое правило! — пожаловалась Мэйзи.

— Я вообще сегодня что-то склонна ломать устои. Если бы могла, отменила бы к чертям конституцию и начала все в этой стране по новой. Выбираю Энди Уорхола — в первые десять!

— Джиджи! Мы про художников не договаривались!

— Нет, Уорхол, и все! Мой выбор, мое право, моя десятка!

— Нет, это просто невыносимо! Джиджи, ты меня хочешь вывести из себя!

— А ты бы сама никогда про него и не подумала — нет, скажешь? — В голосе Джиджи звучал явный триумф. Реакцией Мэйзи она явно наслаждалась не меньше, чем своими сумасбродными номинациями. — Накинешь мне пару очков — за оригинальность? — Джиджи грозно сдвинула брови в выражении мрачного упоения — трюк, который нервы Мэйзи редко когда могли выдержать.

— Иногда я просто беспокоюсь за тебя.