Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

Нет в тебе того, что я презираю и что самолично взращиваю в своих слугах! Никакого раболепия! Никакого страха и трепета! — он замолк, его глаза блеснули. — Сегодня ты это лишь подтвердил. И я знаю, как это использовать. Идём!

Он вскочил с места. Нацепил маску, принимая публичный облик.

С другой стороны от выхода уже стояла служанка, с парой новых сапог. Которые там же и натянула на ноги Императора, когда он только вышел. Он даже не посмотрел на неё.

— Сейчас ты, граф, поможешь мне принять одно очень важное решение! — с улыбкой произнёс Император, подняв палец вверх. — Ты — личность, не заинтересованная в том, чтобы угодить моим прихотям. Но при этом у тебя есть принципы. Даже какое-то представление о справедливости! Пусть оно и не совсем отвечает истине. Но какая разница? — его улыбка расширилась и превратилась в оскал. Он зашагал по коридору.

Гвардейцы вновь сомкнули ряды вокруг нас.

А Император продолжал свою речь:

— Сразу, как только мы с тобой ушли ото всех, моя гвардия задержала главных подозреваемых, — он взглянул на меня через плечо. — По списку, который составлен некоторое время назад. Как раз на такой случай.

Что-то дурно попахивало от его речей.

— Я — не палач и не дознаватель, — сразу же сказал я, очерчивая перспективу.

— О, что ты? Ты подумал, что я заставлю тебя кого-то убить⁈ Или, не приведи силы, кого-то пытать? Нет-нет-нет, — он наигранно вздохнул и покачал головой. — Отнюдь. Я же не слепой. Я же вижу, что ты за человек, — и снова улыбка. На этот раз самая поганая из всех, которые он использовал сегодня. — В нашем новом деле, как раз потребуются принципы. Напомни, а среди твоих принципов есть любовь к Империи?

В каком-то смысле — да. Потому что именно с Империей связана моя жизнь. Моё будущее.

Я мог её покинуть. Отправиться в один из диких миров.

Но тогда… я оторву от корней и своё тело, и своих людей. Хотелось бы этого избежать.

Тем более, сделать Империю сильной, процветающей и великой — всяко проще, чем строить новую с нуля. В мире, к которому придётся привыкать.

— Империя — это моё будущее, — спокойно сказал я.

— О-о-о! — он произнёс это с тихим придыханием. Его глаза на миг будто вспыхнули от какой-то мысли, сделав его похожим на одержимого. — Какие прекрасные слова. Я в тебе не ошибся!

Мы вошли в просторный зал.

Почти вся мебель была приставлена к стене. Кроме трёх стульев.

Зал разделён на две половины красноватым полупрозрачным щитом, похожим на мембрану. Своим слухом мантикоры я не слышал даже дыхания людей, там сидящих.

Остальные трое — связанные и сидящие на стульях аристократы, которых я видел сегодня в начале приёма. Их глаза завязаны. У каждого за спиной гвардеец, прицелившийся ему затылок пистолетом.

Первый узник — Василий Уваров. Сын князя Дмитрия Уварова.