Кладбище для безумцев

– Встретимся через час. В доме моей бабушки. Наверху.

– Такая любовь в рай не приведет.

– Нет, – согласился я, – зато проведет сквозь тьму.

– Да брось, – сказал Крамли и уехал.

Прошлой ночью интуиция меня не подвела.

Если миниатюрные города Роя были разорены, а от его чудовища остались лишь кровавые ошметки глины…

В прихожей стоял запах докторского одеколона…

Дверь в квартиру Роя была приоткрыта.

Квартира была выпотрошена.

– Господи, – прошептал я, стоя посреди этих комнат и озираясь вокруг. – Как в Советской России. История повторяется.

Ибо Рой стал несуществующим человеком. Этой ночью в книжных магазинах из книг будут вырваны страницы, а тома переплетены заново, так что само имя Роя Холдстрома исчезнет навсегда, как скандальный слух, как плод воображения. Ничего не останется.

Несколько часов назад квартира была вычищена пылесосом, выскоблена и отполирована высококачественным воском.

Безумная ярость выжгла павильон, уничтожив его Вавилон, Ассирию, Абу-Симбел.

А здесь безумная чистота втянула в себя саму память до последней пылинки, само дыхание жизни.

– Господи, вот ужас, а? – раздался за моей спиной чей-то голос.

В дверях стоял молодой человек. На нем была блуза художника, сильно заношенная, а пальцы и левая щека перепачканы краской. Волосы казались растрепанными, а в глазах проглядывало что-то дикое, звериное, как у человека, который работает в темноте и только иногда выходит из дома на рассвете.

– Вам не стоит здесь оставаться. Они могут вернуться.

– Постойте, – сказал я. – Я вас знаю, верно? Вы друг Роя… Том…

– Шипвей. Лучше убраться отсюда. Они чокнутые. Пойдем.

Вслед за Томом Шипвеем я вышел из пустой квартиры.

Он отпер дверь своего собственного жилища двумя комплектами ключей.

– На старт! Внимание! Марш!

Том захлопнул дверь и прислонился к ней спиной.

– Домовладелица! Она не должна это видеть!

Мы оказались в подводных апартаментах капитана Немо: в каютах его подлодки и машинном отделении.

– Вот это да! – воскликнул я.

– Неплохо, а? – просиял Том Шипвей.

– Неплохо? Черт возьми, просто фантастика!

– Я знал, что вам понравится. Рой дал мне ваши рассказы. Марс. Атлантида. И то, что вы написали о Жюле Верне. Здо́рово, да?

Он показывал, размахивая руками, а я ходил, смотрел и ощупывал. Великолепные викторианские кресла, обитые красным бархатом, с медными заклепками, привинченные к полу корабля. Начищенный до блеска медный перископ, спускающийся с потолка. В центре сцены – огромные трубы органа. А позади него окно, переделанное в овальный иллюминатор субмарины, за которым плавали тропические рыбы всех цветов и размеров.

– Взгляните! – сказал Том Шипвей. – Идите сюда!

Я нагнулся, чтобы посмотреть в перископ.

– Он действующий! – воскликнул я.