Клад последних Романовых

Если же вас не устраивают условия работы в Следственном комитете, вы всегда можете подать рапорт об увольнении. Уверяю вас, он будет подписан. А саботировать собственные приказы я никому не позволю.

Эту отповедь майор сделал совершенно ровным, можно сказать, доброжелательным тоном, но что-то в его взгляде заставило Никиту плотно закрыть рот и больше своими мыслями и настроениями с начальством не делиться.

— Выяснил, Станислав Дмитриевич, — спустя полчаса вернулся в кабинет Никита, на лице его были написаны глубокие обида и усталость.

— Что выяснили?

— Когда Тушин прибыл в Петербург. Он прибыл пятого мая."

"— Очень хорошо, — сделал у себя пометку майор. — Я пробил Тушина по нашим базам и выяснил интересную деталь. Оказывается, против Тушина выдвигалось обвинение в изнасиловании, но потом дело было закрыто, потерпевшая забрала заявление. Понимаете, куда я клоню?

— Еще бы! — оживился Никита.

— Только что звонил Денис, — продолжил майор, — алиби Николаенко подтвердилось.

— Так что же это значит? Выходит, это не Севрюгина?

— Это значит, что зять ее ни при чем. Возможно, племянник справился сам, а может, привлек кого-то в напарники. Вот что, Никита, возьмите ребят и поезжайте к Севрюгиной с племянником. Пора их брать, голубчиков.

— А если у нас улик не хватит?

— Надеюсь, хватит у криминалистов. Они же взяли генетический материал с тела покойной Пановой.

— Станислав Дмитриевич, Севрюгиной дома нет, и племянника тоже.

— Знаю, Никита. Разворачивайтесь и поезжайте в южном направлении. Кажется, у нас появился шанс взять эту компанию с поличным.

Незадолго до звонка Никиты, пока майор изучал личность Андрея Тушина, ему позвонил дежуривший возле дома Панова Илья Гаврилов:

— Станислав Дмитриевич, Панов с девицей полчаса назад покинули квартиру, одеты были в форму работников коммунальных служб, с ними было ведро. Сейчас Панов залез на памятник Екатерине Второй.

— Интересно. Продолжайте за ними следить, ни в коем случае не вмешивайтесь. Если что-то случится, сразу звоните мне.

И Гаврилов перезвонил, и пятнадцати минут не прошло.

— Станислав Дмитриевич, на них напали. Двое. Втиснулись к ним в машину, судя по всему, те самые люди, о ком вы говорили, по описанию очень подходят.

— Отлично. Следуйте за ними, держите связь, я выезжаю. И, Гаврилов, ни в коем случае не выдавайте себя!

Едва машина тронулась с места, сидевший за рулем бандит велел своему напарнику вынуть пушку и воткнуть Полине в ребра, чтобы ее дружок не дергался.

Максима такая предусмотрительность сильно огорчила, он надеялся, что необходимость вести машину заставит первого бандита потерять бдительность и тогда он сможет что-то предпринять. Но если они будут держать Полину на мушке, он действовать не рискнет.