Дорога в Китеж

Впрочем, Вика на агента посмотреть не мог – только на вытянутую фигуру медиума, озаренную сверху брызгами огня, снизу свечой.

Вдруг оба источника света погасли. Салон погрузился в черноту.

Виктор Аполлонович рванул воротнички. Ему было трудно дышать. Рядом всхлипывал и трясся невидимый сосед.

– То же самое, – лепетал он. – Не привиделось…

Послышался дрожащий голос Юма.

– Газ! Включите газ! Мне страшно!

У стен вспыхнул, затрепетал голубоватый свет.

Британец стоял на полу, закрыв ладонями лицо.

– Я готов… Я вижу… Я слышу… – смятенно бормотал он. Не все слова можно было разобрать. – …Взрывы… Новые взрывы… Сатана своего добьется… Агнец будет принесен в жертву… Все будут принесены в жертву Сатане… Бедное человечество, бедная Россия… Не сразу… Пройдет время… Годы… Но тем кошмарней будет исход… Какие ужасные картины!.. Я больше не могу, не хочу… Всё, хватит. Хватит! – пронзительно закричал он.

Отнял ладони. По бледному лицу стекал пот.

Все потрясенно молчали. Камлание произвело впечатление и на Вику. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы стряхнуть оторопь. Но собраться с мыслями Воронин не успел – медиум снова заговорил.

Он больше не кричал, был совершенно спокоен и даже слегка улыбался. Только глаза поблескивали странным фосфоресцирующим светом – как у кошки. Смотреть в них было жутко.

– Ну, а теперь перейдем к тому, ради чего вы, дамы и господа, надели маски, – приятным, светским голосом сказал Юм. – Я буду угадывать, кто вы. Прошу всех оставаться на своих местах, я подойду к каждому. Обращаться к вам буду шепотом, никто посторонний не услышит. Но отвечать прошу громко. Только одно: верно я угадал или нет. Приступим.

Он двинулся вдоль первого ряда. Наклонялся к самому уху сидящего, что-то тихо говорил. В ответ слышалось: «Верно…» «Верно!» «Боже, но откуда вы узнали?!» «Истинная правда!»

– За такое и четвертного не жалко, – сказал Вике сосед. – Если будет еще сеанс, я снова приду.

Кудесник закончил с первым рядом, перешел на второй. Приблизился к сидевшему впереди Водяному. Пользуясь полумраком, Воронин придвинулся.

– Вы, сударь, находитесь здесь по службе, и служба эта таинственна, – услышал Виктор Аполлонович – и не поверил своим ушам, хотя, казалось бы, они в этот удивительный вечер уже наслушались невероятного.

Водяной, хоть и бывалый человек, чуть не подскочил.

– Мне не нужны подробности, просто скажите громко: верно или нет?

– Верно… – просипел агент.

Юм прошел между стульями и оказался подле Воронина. Видеть прямо перед собой два пристальных, сверхъестественно мерцающих глаза было странно и страшно.

– Вы тут не один, – раздался возле уха шепот.