Кинжал Немезиды

— Нужно в Ахайю сходить, помочь кое-кому. Я туда и сам пойду, но потом. Сейчас мне недосуг, надо Трою немного в чувство привести.

— Госпожу Феано нужно вытащить? — огорошил он меня вдруг своей догадливостью.

— Да, — кивнул я. — Она с плохими людьми связалась. Если ее убили, покарай. Если она жива, привези домой.

— Она не вернется, — медленно покачал головой Тимофей. — Она на жертвеннике Великой Матери клятву дала. Такими вещами не шутят, государь.

— Все равно, вытащи ее оттуда, — поморщился я. — Пропадет баба за ломаный обол. Там такой народ собрался, что ее пополам перекусят и кости выплюнут. Не по ней задача.

— Помочь ей клятву выполнить? — пристально посмотрел он на меня.

— Я не имею права просить тебя об этом, — усмехнулся я. — Я сам клятву дал.

— А меня и не нужно ни о чем просить, — убежденно ответил Тимофей. — Я царицу Поликсо еще не знаю, но я ее уже ненавижу. Я к ней, государь, такую неприязнь испытываю, что даже кушать не могу.

— Чего??? — открыл я рот и расхохотался от души. Он что, «Мимино» смотрел? Да быть этого не может! А ведь это я сам, того не ведая, запускаю в народ привычные мне фразы, которые потом разносятся по всем портам Великого моря и возвращаются назад.

— Кишки ее, говорю, на руку намотаю и за колесницей бежать заставлю, — пояснил Тимофей более понятно. — Был я с дядькой на Родосе, пощипали их самую малость. Мы людишек грабили, а Поликсо в крепости сидела. Они с мужем на Родосе чужаки, не любят их там. Если бы не воины, давно бы уже прогнали ее.

— Ну, раз так… — хлопнул я в ладоши и крикнул. — Казначея сюда!

— Зачем казначея, государь? — не понял меня Тимофей. — Я же получил свое.

— Я внезапно решил увеличить твою награду, — пояснил ему я. — Вдвое. Моя клятва этого не запрещает.Кстати, у Поликсо добра на три таланта золота скоплено, не меньше. Богатая невеста.

— Хорошо, что сказал. Теперь я ее еще больше ненавижу! — горячо уверил меня Тимофей. — И мои парни тоже. Подумать только! Три таланта! Вот ведь сволочь!

* * *Месяц четвертый, Пенорожденной Владычице посвященный, повелительнице змей, победы приносящей. Вилуса. Окрестности Трои.

Все же протащить по морю несколько десятков кораблей, набитых скотом, людьми и припасами — это вам не жук в пудру пукнул. Огромная бестолковая орда, как ни планируй поход, все равно где-то накосячит. Такое дело эта война. И вроде бы народ у меня опытный, а все равно. То зерновоз из порта не вышел вовремя, то кони наелись какой-то дряни и загадили все чрево гиппогога так, что в трюме дышать стало нечем. Пойти напрямик, от Пафоса, что стоял на западном берегу Кипра, сразу к Родосу, я не рискнул и потащился по старинке, вдоль ограбленных и разоренных братцем Элимом берегов Лукки. Заодно мы эти земли повторно разорили и ограбили, чтобы два раза не вставать.