Кинк. Право на удовольствие

Но если уж рассуждать на будущее, то глупо надеяться, что ты на этом и остановишься. Тебе интересно побыть барменом, но ты не будешь работать барменом через год.

Володя вздохнул и зачем-то встал на сторону друга:

— Он прав. Лилечка, как бы странно ни звучало из моих уст, но ты в образе строгой бухгалтерши заводишь сильнее, чем в кожаной униформе. Понятия не имею, каким ты была специалистом, но сужу по всему остальному — ты дотошная и аккуратная, рассудительная и прагматичная. Все, что ты делаешь, — делаешь с полной отдачей. Я сейчас далеко не только про пирог. — Он подмигнул. — Из тебя выйдет самый симпатичный бармен, но сильно сомневаюсь, что это твой потолок. Хотя прямо сейчас ни в чем себе не отказывай — хочешь научиться смешивать коктейли в шейкере, так учись. Траекторию можно менять ровно восемьсот раз в жизни, я проверял.

Я рассмеялась и покачала головой:

— Тогда пока не пойду на курсы. Это был порыв, надо подумать, действительно ли он стоит моих усилий. Если уважаемый директор не возражает, останусь официанткой.

— Я не возражаю. — Артем пожал плечами.

— Я, я возражаю! — опять вспылил Володя, подумав о чем-то своем. — Лучше уж на курсы, чем среди первоэтажных пройдох с сальными глазами!

Артем вспомнил о своем чае и расслабился. Ответил, наслаждаясь вспыльчивостью Володи и подливая маслица:

— Ага. Ты думаешь, на курсах барменов нет молодых и ушлых парней? Да там стопроцентная концентрация незакомплексованных кандидатов с шустрыми языками и чувством юмора. Непривлекательных внешне там тоже не жалуют, сам понимаешь.

— Я против курсов! Все, перезагрузка планов! — Володя разыгрывал, что психует от каждой манипуляции Артема. Но на самом деле ему нравился мой смех, вот он и продолжал: — Давай отправим Лилечку на курсы монахов? Хотя нет, монахам я тоже не доверяю. Разве что самым ортодоксальным…

— Угу, я понял твою мысль. Желательно, кастрированным.

Я отказалась, чтобы меня увезли домой — захотелось прогуляться в одиночестве по магазинам и подумать. Ведь мы невольно подняли очень важную тему: кем я хочу быть, когда этот феерический период самопознания закончится? Вряд ли барменом и уж точно не официанткой, несмотря на то, что этот опыт мне пока нравится. Я — хороший бухгалтер, но почему-то представить, как я снова сижу в кабинете и общаюсь только с цифрами, было сложно. Или это пройдет, все вернется на круги своя? А может, я вообще не хочу работать? А, например, родить трех детей и посвятить себя их воспитанию… Как, оказывается, непросто даже на такие вопросы ответить. Когда-то после школы за меня ответили на них родители, но теперь я уже перестала быть той, за кого все решают.