Drama Kings, или Короли неприятностей

В общем, делали что угодно, лишь бы на экране как можно скорее появилось любимое лицо папы Эванса.

— Мои солнышки! — Он всегда очень звонко приветствовал своих девочек и, кивая, добавлял: — Джейки.

Это «Джейки» грело больше, чем любые слова о любви, — столько отцовского тепла скрывалось в детском прозвище.

Нынче Джейку пришлось потереть глаза, чтобы скрыть слезы. Да, мальчики не плачут. Особенно капитаны команд по американскому футболу ростом с небоскреб в Нью-Йорке. Они трут глаза и пытаются изо всех сил скрыть свои истинные эмоции. А эмоция была одна: Джейк скучал по отцу. Возможно, он не был до конца откровенен с собой, но все же скучал по ощущению твердого плеча и осознанию, что он тоже ребенок. Однако папа Эванс понимал его даже больше, чем сам Джейкоб. Старший в семье, вечно несущий ответственность за других, он прекрасно знал, с чем сталкивается сын.

— Джейки, ты как? Как тренировки? — Отец внимательно изучал лицо сына, стараясь не упустить ни малейшую деталь.

Сестры переглянулись. Папа редко обращался к Джейку первым. Обычно старший ждал, пока младшие члены семьи расскажут обо всех повстречавшихся им жуках, обо всех козявках, прилепленных к столу нерадивыми одноклассниками, и о том, как очередная мисс похвалила их рисунки, которыми сестры одна за другой будут тыкать в камеру. Девочки тихо уселись в кресло старшего брата. Они хоть и были маленькими, сумасбродными, но чуткость в них мама Эванс вырастила благодаря воскресным походам в церковь.

— Все хорошо, — прохрипел Джейк. — Тренировки как тренировки.

«Только плечо меня подводит…» — это предложение осталось неозвученным.

Отец чувствовал, что сын о чем-то умалчивает, но давить не стал:

— Как мелкие? Слушаются? — Строгость в его голосе была солдатской, в семье к ней уже привыкли.

Лица девочек потемнели. Придя домой с ярмарки, Джейк провел воспитательную беседу. Они извинились. Все. Даже малышка Сьюзен, которую обокрали. Джейкоб испытал облегчение, поняв, что она абсолютно не осознавала опасности, которой подверглась.

— Слушаются, — грустно улыбнулся Джейк.

Папа Эванс поджал губы.

— Даже спрашивать не буду, что вы втроем натворили, но напомню, что за старшего у нас Джейки. Пока меня нет, его слово — закон, — прогремел зычный голос отца.

Джейку было интересно: со временем его голос так же проржавеет и огрубеет? Говоря обычные вещи, он тоже будет звучать так, что начнут содрогаться стены? Или это солдатское, а вовсе не эвансовское?

— Па, все отлично, — соврал Эванс как можно более убедительно.

— Тогда чего такой кислый? — решился уточнить папа Эванс."

"Потому что… да потому что зол на Астера. Впервые в чате «Беда не приходит одна» было тихо. Джейк открывал мессенджер, смотрел на пустой экран и закрывал. Он был зол. По-настоящему зол.