Хрустальная ловушка

До выяснения и вашей санкции.

— Это ты молодец. Кстати, Артем. Как ты относишься к следующему факту: может ли человек мирно и спокойно спать, когда в его номере с соответствующим уровнем громкости убивают человека.

Врач некоторое время молчал, а потом заговорил, осторожно подбирая слова:

— Скажем так: я допускаю эту мысль. Особенно если за несколько часов до этого интересующий вас человек выпил снотворное.

— И какое снотворное он выпил?

— Сильнодействующее, — улыбнулся Артем. — Я сам ей принес его. Засыпание наступает через двадцать пять минут, и крепкий глубокий сон длится до восьми часов. В это время будить человека бесполезно. Так же бесполезно, как и вертикально устанавливать Пизанскую башню.

— Такое отличное средство?

— Лучшее из всех снотворных.

Звягинцев вдруг подумал о том, что хорошо бы запастись таким средством и ему самому. И периодически обманывать радикулит.

— Как называется? — спросил он у Артема самым невинным тоном.

— Вам это название ничего не скажет.

— Это необходимо для протокола.

— Барениум. Латинский вариант названия тоже необходим?

— Пока обойдемся русским. Значит, она его приняла — и все. Проспала до утра.

— А ты откуда знаешь, что она его действительно приняла?

— На моих глазах. Пал Палыч. Я же сам ей вчера это снотворное приносил.

— Ага. И всех своих пациентов ты им снабжаешь?

— Нет. Только пациенток, — Артем проницательно посмотрел на Звягинцева, — но вам тоже могу устроить. Так сказать, по знакомству.

— Мне пока не надо, — сразу же застеснялся Звягинцев, — но я, если что, буду иметь в виду.

— Сделайте одолжение.

— Ладно, — от перспективы найти управу на радикулит Звягинцев сразу повеселел, — а теперь займемся телом, Артем Львович.

— Хочу предупредить сразу, — закапризничал врач. — Если дело касается вскрытия, я пас. Я не патологоанатом и заниматься этим не буду. Тем более в совершенно негодных для этого условиях.

— Вскрытие от тебя не понадобится, — успокоил Артема Звягинцев. — Этим займутся профессионалы, когда сюда доберутся. А мы с тобой для начала хотя бы должны восстановить картину происшедшего.

— Ну… Вы же у нас Эркюль Пуаро, Шерлок Холмс и комиссар Каттани в одном флаконе! Вам и карты в руки.

Не говоря ни слова, Звягинцев подвел Артема к трупу, а потом аккуратно перевернул его.

Артем внимательно осмотрел раны, даже слегка благоговейно коснулся их рукой, а потом почесал бритый череп.

— Ну, навскидку могу сказать только одно… Смерть наступила от проникающего ранения в область сердца. Это был единственный смертельный удар. Все остальные непосредственной опасности для жизни, очевидно, не представляли. Неглубокие и поверхностные. Похоже, что человек, наносивший их, находился в состоянии аффекта.

— Предполагаю.