Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Он отшвырнул меня, а потом разразился стремительной серией двойных финтов и выпадов, которые мне едва удалось отбить.

– Хватит обманов! – выкрикнул он.

– Это не обман! Это я, Оберон!

Ну все, довольно. Я осторожно отступал, не отрывая взгляда от острия его меча. Он метался из стороны в сторону, словно оса, готовая ужалить.

– Я не хочу причинять тебе вред, – сказал я. – Но придется, если ты будешь продолжать в том же духе!

Он сделал ложный выпад, потом нанес рубящий удар мне в голову. Я парировал, отступил и отбил очередной удар. Отец усилил натиск. На этот раз он пустил в ход сложную серию финтов и ударов. Даже свихнувшись, он оставался величайшим фехтовальщиком изо всех, кого я видел.

Он таки пролил первую кровь. На быстром ответе с ударом он прошел через мою защиту и оставил мне отметину на тыльной стороне правого запястья. Я даже не увидел, как это произошло. Секунду спустя он рассек мне правое предплечье. Жизни это не угрожало, но из руки хлынула кровь. Несколько секунд – и я не смогу как следует держать меч.

Отец запрокинул голову и зашелся хохотом. Может, если я упаду, он решит, что победил? Надо припасти это как запасной вариант, на тот случай, если он еще раз меня достанет.

Я перебросил меч в другую руку, пока рукоять не намокла от крови. Нет, в честном бою мне его определенно не победить. Надо что-то придумать, и поскорее, а то он меня убьет.

– Это твой последний шанс, – принялся блефовать я. – Брось меч, или я за себя не отвечаю.

– Теллопс! – прорычал он. – Никогда больше!

Ну все, хватит дипломатии.

Может, отец и превосходил меня в искусстве фехтовальщика, но я знал, что в реальности далеко не всегда выигрывает самый лучший. Выигрывает самый умный. А если я не сумею перехитрить сумасшедшего, то я и не заслуживаю жизни.

Он снова атаковал меня. Я быстро отступил, сосредоточившись на защите. В его атаке непременно есть какое-то уязвимое место. Мне просто нужно найти и использовать его.

Его меч метался с молниеносной скоростью, испытывая мою оборону и выискивая способ прорваться через нее. А я так же неистово парировал, постепенно отступая по кругу. Каждая его атака казалась безукоризненной. Теперь он выработал определенный ритм: атака, передышка, атака, передышка.

Когда он в очередной раз остановился, чтобы перевести дыхание, я улучил момент и внимательно присмотрелся к нему. И заметил, что у него под левым глазом наливается огромный синяк – ровно там, куда дважды пришлись мои удары. Я предположил, что распухшее веко должно ограничивать его поле зрения. Если попробовать достать его слева, воспользовавшись этой травмой...

Отец снова начал стремительную атаку. Однако на этот раз я стал смещаться вправо. Он заморгал и тряхнул головой. Чем быстрее я кружил, тем сильнее делались его колебания.