Хозяин урмана

На плече его я, к своему ужасу, заметил висящий дулом вниз карабин. Шаман и его помощник между тем успели подтащить пленника к жертвенному камню и уложить на него спиной. Помощник придержал хакаса за плечи, а Салагай достал из-под одежды плоскую бутыль, схватил пленника за лицо и влил ему в рот какую-то темную жидкость из бутыли.

Торопчина оба заметили, лишь когда Семен приблизился к ним шагов на десять. Но татары не растерялись. Шаман перехватил пленника, а его помощник шагнул навстречу Торопчину и в руке его сверкнул длинный охотничий нож. Тогда я, не помня себя, вскочил, вскинул вверх карабин, закричал и выстрелил в воздух.

Мое появление также было неожиданным и, в общем-то, решило исход столкновения. Парень с ножом отпрянул назад, Семен же вдруг выхватил из-за пазухи пистоль (я про него не знал!), а пленный хакас вдруг извернулся на камне и ловко ударил обеими ногами шамана в грудь. Салагай не удержался на ногах и упал навзничь прямо под ноги отступавшему помощнику. Тот запнулся о него и тоже упал. Тогда Торопчин взревел как медведь, пальнул из пистоля и, растопырив руки, пошел на татар. Тут оба не выдержали и прямо на четвереньках кинулись во тьму.

Поле боя осталось за нами. Я подбежал к пленнику, пытавшемуся подняться, вынул нож и разрезал путы. Однако это помогло мало. Хакас никак не мог устоять на ногах, его мотало из стороны в сторону, как пьяного.

— Похоже, опоили чем-то, — сказал Семен и витиевато выругался в адрес татар. — Ну, что делать-то будем, Степан?

— Ты лучше скажи, откуда у тебя пистоль? — сердито поинтересовался я.

— Купил в Кузнецке! — с вызовом сказал Торопчин, пряча оружие обратно за пазуху.

Тут к нам подошел бледный даже при неверном свете факелов Торбок. Подбородок его заметно дрожал.

— Что вы наделали, актелгер?!

— Мы спасли человека от смерти, если ты не заметил, — огрызнулся Семен, поддерживая шатающегося хакаса.

— Вы лишили Тенгри законного дара!

— Мы прекратили убийство!..

— Мы все теперь умрем… — бесцветным голосом сказал телеут, повернулся и пошел к нашему бивуаку.

А гроза заметно пошла на убыль, так и не разродившись дождем…

На следующий день я решил последовать совету Олега и начать собственный розыск. И хотя процесс мне представлялся весьма смутно, в основном по прочитанным когда-то детективам, первый шаг я сделал удачный.

Мария сняла трубку сразу, будто ждала моего звонка. Во всяком случае, мне хотелось так думать.

— Директор краеведческого музея. Слушаю.

— Здравствуйте, Мария Сергеевна.

— Дмитрий?.. Вот уж не ожидала…

— Нет. Вам именно показалось. — Она произнесла это чуточку поспешно. — В чем, собственно, дело?

— В Урманове. Он действительно пропал.

— Я был вчера у него дома. Там полный разгром и следы поспешного бегства.

— Боже мой!..