Хозяйка драконьего замка

Женщина охватила ее руками, баюкая, как ребенка, и я поймала тихий шепот:

— Тебя после больницы, как подменили. Чужой, чужой человек… Где ж ты, Величка, где ты, дочка…

Глаза защипало от подкативших слез. От этой женщины, горюющей о дочери, от этой девушки, которая ни за что не справится. Ее безнадежно покалечило разрывом связи. Она не даст этой женщине успокоения и не найдет его сама.

Но я ведь могу сделать для нее одну мелочь. Совсем-пресовсем маленькое доброе дело.

Обратный рывок был подобен подъему со дна моря. Глоток воздуха, солнце, бьющее в окна, радость, огромная радость жизни.

Рядом со мной завизжала горничная.

— Вы пришли в себя, вейра! Отец-дракон, какое счастье!

— Мы месяц вас добудиться не может! — тут же воскликнула вторая. — Его Величество Рашван с ума сходит, все перепробовал. Не спит совсем…

Я окинула повеселевшим взглядом цветущий сад за окном и удовлетворенно выдохнула. После активировала связь с хранителем, который тут же обвился вокруг меня питоном, и перед внутренним оком раскинулась черная сеть Леяш, отмеченная огнями, вкраплениями белой магии, залежами руды, плодородными почвами, лесами, пустынной границей с ифритами, синевой моря.

А я шла и задумчиво собирала информацию из этой невидимой карты.

Плац разбили, умер старый герцог Фалаш, сгорело несколько построек и совсем недавно было еще одно нападение ифритов. Буквально сутки назад. Но черноволосый, сероглазый рыцарь сжег их подобно горстке бумажных фигурок.

На карте Леяш рыцарь горел, как белый факел, и его свет причинял боль, глушил ауры остальных драконов.

Спустилась в знакомую залу, провожаемая потрясенными взглядами прислуги, и меня накрыло звенящей тишиной. За столом сидели драконы, которых я знала и одновременно забыла. Полуявь не давала мне перешагнуть ни одну из граней.

Первым взгляд автоматически нашел черноволосого рыцаря. Насладился сменой чувств на его лице. Первый шок, а после сразу, мгновенно — радость, чистая и энергичная, как лесной ручей. После скользнул по рядам, отыскивая другого дракона.

Гирп, Гроде, Левеш, Дарко, Лиоль, Фирре, Виридо… Нашла.

Дареш, потухший, как и та, шагнувшая в мой мир Эйвери, мрачно сидел возле рыцаря и единственный, кто даже взгляд на меня не поднял. Он меня не заметил.

А рыцарь каким-то слитным, звериным скачком перемахнул стол, и подхватил меня на руки:

— Виве! — прижал так, что у меня в самом прямом смысле замерло сердце, а потом снова сладко застучало.

Сердце — или это была моя драконица? — было в полном восторге и хотело этого черноволосого рыцаря себе. Но я знала и одновременно не знала этих людей, мое сознание пребывало во сне наполовину.

Я улыбнулась рыцарю, наблюдая, как преображается его лицо. Зажигается светом, а взгляд наполняется золотыми искрами.