Хозяйка дома Чантервиль

Я вздохнула и проговорила:

— Это, конечно, всё очень грустно, странно и невероятно таинственно, но при чём тут местные жители? Они ненавидят Оливию из-за смерти её любимого Николаса?

— Хех! Не-е-ет. Когда его не стало, Оливия как с ума сошла, — начал рассказывать Гарри. — Она начала приобретать и читать магические книги, много книг, при помощи того самого кресла. Замкнулась в себе. Стала от меня многое скрывать и мало разговаривать. Забросила дом, друзей. Со всеми перессорилась. Ливи, она искала способ, чтобы найти дух своего возлюбленного и хотела узнать, кто же его убил. Потом, я не знаю, как, но она выяснила, что его душа переродилась и он живёт в другом мире. Оливия стала просто одержимой найти своего мужчину, чтобы воссоединиться с ним и ей уже было всё равно, кто его убил. Она желала лишь найти его и ей было неважно, каким способом она это сделает. Моя память меня подводит, Ливи… После её исчезновения, многое стёрлось и я совершенно не знаю, что конкретно произошло, но знаю, что она использовала тёмное заклинание, запрещённое, которое и повлекло на наш дом это проклятие. И вот после того, как над нами возникла вечная тьма, простые жители города и начали бояться её. Они ведь обыкновенные люди, без магии и не понимают, что наше проклятие над ними не властно. Это мы прокляты… Но Оливия стала озлобленной, сама иногда рассказывала, как грубила простым горожанам, когда те интересовались, почему над её домом нависла непроходимая ночь… В общем, она своим же языком настроила против себя весь город. Потом Оливия снова читала книги, но видимо, не находила того, что ей нужно было и однажды, в порыве гнева сломала кресло. Дом начал приходить в упадок… Один раз, она снова уехала в город, а вернулась счастливая и словно окрылённая… И в тот же самый вечер она исчезла… Но появилась ты…

— Очень неприятная история, — заключила я. — Интересно, а она в принципе любила этого своего Николаса?

— Любила, — вздохнул Гарри. — Я не помню, как она с ним познакомилась и как развивались их отношения, но явственно чувствую, что она искренне его любила, и они даже собирались пожениться. Ливи, прошлая Оливия хоть и была самой настоящей леди, и даже немного стервой — холодной внешне и скупой на эмоции, но она была доброй. Я помню, что она любила веселье, балы, внимание мужчин… иногда даже благотворительностью занималась и помогала всем, кто приходил к ней за помощью. Её аура была светлой. Это потом всё резко изменилось…

Потёрла виски. У меня начала болеть голова.

— Ладно, я поняла. Оставим пока эту историю. Потом её обмозгую… А сейчас бы поесть…

Увидела, наконец, официанта и махнула ему рукой.