Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Но Дамир легко уворачивается, при этом, не забывая про вторую Першинскую руку. Не знаю, что он там сделал, но буквально мгновение, и схватившие меня пальцы разжались. Я тут же отскочила в сторону. А Олег издал какой-то звук, очень похожий на стон.

Дамир довольный результатом отпустил своего оппонента и сделал шаг назад. И пока Першин приходил в себя, болезненно потирая обе руки, Дам кивнул мне в сторону выхода и максимально спокойно позвал:

Послушно кивнула и двинулась к Дамиру, что видимо в конец разъярило Олега. С ним такое бывало, когда что-то шло не по плану, он терял остатки самообладания.

— Что Никуль… даём всем подряд? Ну, правда, кто ж ещё позарится на то, во что ты превратилась.

Я вижу глаза Дама и мне хочется завыть от того стыда, что затапливает меня изнутри. Ну почему именно сегодня? Почему именно сейчас?

— Пойдём, — хрипло шепчу Бероеву, но он качает головой и опять со всей своей невозмутимостью поворачивается к Олегу.

— Что тебе, блин, повторить? Объяснить, с какой дрянью ты связался? — слегка истерит Першин, делая и без того некрасивую ситуацию ещё более дерьмовой.

Дамир вздыхает и словно вынужденно возвращается к Олегу.

— Не надо, — вырывается из меня тихая просьба.

Но брат Стаса всё прекрасно слышит, повернув голову ко мне с ободряющей улыбкой. И чёртов Першин опять пытается воспользоваться моментом неожиданности и тем, что Дамир смотрит на меня, во второй раз замахиваясь на моего защитника.

Впрочем, тот этого будто и не замечает, легко уходя в сторону, Дам перехватывает чужую руку, заводя её за спину противника, заставляя Олега согнуться пополам. На его лице тут же расплывается болезненная гримаса. А вот Бероев всё так же спокоен и невозмутим, по крайней мере внешне.

— Сказал же, что больно будет. Но ты на будущее всё равно за языком следи, окей? А то ведь всегда может быть ещё хуже.

С силой отпихивает от себя Першина, из-за чего тот летит на ограждения, чертыхаясь и матерясь. А я думаю о том что даже интеллигентный до мозга костей Олег Иванович теряет весь свой лоск под давлением обстоятельств.

Дамир обнимает меня за плечо и с лёгким нажимом в голосе велит:

И мы идём, а я стараюсь гнать из себя всё, что только можно: и панику, и отчаянье, и всё тот же стыд, мыслями хватаясь за надёжную ладонь на моём плече. Но меня всё равно трясёт.

Мы доходим до самой лестницы, когда Дамир нарушает тишину.

— Вер, ты в порядке?

Потерянно киваю головой, ища в себе силы, чтобы попросить о том, что пугает меня больше всего.

— Не говори ему ничего, — выходит подавленно и хрипло.

— Почему? — всё правильно понимает он, останавливая меня за плечо и поворачивая к себе.

— Не надо. Пожалуйста, ничего не рассказывай Стасу.

В этот момент что-то неясное отражается у Дамира на лице.