Холодный ветер перемен (СИ)

— Вот ты шустрый парень!

Марта не понимает, но видит возмущение большого начальника:

— Я ему не говорила, не ругайте!

— Да ни за что на свете! Мы сейчас в ресторан едем, кстати. Ты не против?

— Я с Толей, — кротко отвечает скромница.

Мы ехали, оказывается, в ресторан «Арагви». Почему именно туда, я понял только когда приехали. За столиком с Виктором Семёновичем сидит грузин лет пятидесяти. Отар Евтихиевич, как мне его представили, — председатель совета министров Грузинской СССР. Знакомимся. Мой ростовский шеф, я вижу, уже принял на грудь немного, и пребывает в хорошем настроении. Стол у них — полная чаша. Меня расспрашивают про турнир, а я краем глаза замечаю за соседним столиком … актёра Никулина! С ним сидит лысоватый дядя и густонапомаженная дама, очевидно, артистка цирка, причем бухая уже. Пока мы с Мартой пьём ситро и едим цыплёнка табака, Отар, поймав мой взгляд, возбудился от близости звезды советского цирка. Он бросает нашу компанию и подсаживается за соседний столик. Я вижу, как они пьют коньяк, общаются, но музыка мешает понять, о чем разговор, да ещё Виктор Семенович отвлекает меня расспросами. Марта осторожно ест черную икру — ей нравится. По всему видно, не пробовала она раньше такого. За соседним столом ситуация становиться острее. Официант несет пять бутылок коньяка и … тазик! Сливает напиток в белый эмалированный таз и отдаёт спутнику Никулина. Тот его берёт и выпивает всё до последней капли! Отар бросает пачку десяток, а это тысяча рублей! и радуется.

«Он же умрет сейчас», — мелькает у меня в голове. Алкаш сидит ещё минуту, а затем спокойно направляется в туалет. Подрываюсь за ним, жутко интересно, почему тот не гикнулся сразу? Дядя, засовывает два пальца в рот, и … .

— Я цирковой факир, с детства тренирую желудок, чтобы была возможность заглотить большое количество горючей жидкости и не отравиться при этом, а потом уже во время файер-шоу выпрыскиваю её изо рта сквозь пламя факела. В результате в воздухе образуется большой огненный шар, — поясняет он мне.

Кстати, все в зале — тоже. Ну, кроме Юрия Никулина, тот как кушал осетрину так и не отвлекался. Видел, похоже, всю эту забаву не раз.

Вечер удался. Жаль, Марте уезжать надо. Нас повезла машина Власова, а в гостиницу сопроводил тот же старший лейтенант, что общался с патрульными. Несмотря на то, что время посещения для гостей уже закончилось, меня без звука пропускают. У Марты обычный одноместный номер, но с ванной, в которой я и пересидел нашествие проверяющих из тренерского состава. Не знаю, станет ли Марта Луиза королевой Норвегии, но в постели она меня умотала.

Утром я еду к себе, она — на этап велогонки. Договариваемся встретиться в аэропорту. Марта вечером улетает.

У меня с утра одно важное дело — позвонить бабуле.