Холодный ветер перемен (СИ)

Отставшая немного Анна шепчет мне:

— У него папа большой начальник, в МГК работает у Ельцина! Толя даже хвастал что лично с Борисом Николаевичем знаком!

— Да ты что!? — фальшиво восхищаюсь я.

Диско-зал ВКШ оборудован был богато, тут и шары зеркальные и цветомузыка в разных местах, и световые пушки, бьющие разноцветными лучами по стенам зала. Но и это не всё. Диск-жокеем и исполнителем песен был хорошо знакомый мне Сергей Минаев!

— Не смотри на меня братец Луи Луи Луи, — орал он, заводя толпу.

— Охуенно, — невольно вырвалось у меня.

Что тут говорить? Моя молодость прошлой жизни во мне колыхнулась.

— Серёга крут, мы его постоянно к нам на площадку нанимаем. Так-то он в ГИТИС учится, ну, и сам поёт. «Коллаж» вот его неплох, — поясняет тёзка.

На какое-то время взрослый дядя внутри меня уступил место молодому парню, и я отрывался вместе со всеми. Редкие медляки узурпировали мои спутницы, и два часа пролетели незаметно. Мажор Толя тоже пытался приударить за девушками, и Моклик даже разок разрешила парню себя пообнимать в медленном танце.

— Толя, а у нас ликер в общаге есть, — коварно улыбаясь, многозначительно говорит Анюта.

«Ах да! Спор»! — припомнил я.

— Ты как, ликёр пьёшь? — спрашиваю я у нового знакомого.

— У меня с собой коньяк армянский, — хвастает Квашня, показывает фляжку в секретном кармане своего пиджака.

— Уу-у-у, — загудели девушки.

Идём на выход разгорячённые танцами. До общаги недалеко, но как туда мы попадём, я не знаю. Время уже больше десяти вечера. Днём я заходил по паспорту, оставил его на входе вахтеру, и меня запустили. В это время паспорт ещё можно где угодно оставить, никто на тебя кредит не возьмёт.

— Ну что, козлы, допрыгались?! — прямо на выходе со ступенек нас встречают четверо парней пролетарского вида во главе с обиженным амбалом. Хотя, трое их, один еле на ногах стоит от выпитого.

Толя Квашня неожиданно бьёт этого бухого по яйцам! Чёрт! Зачем? «Не хотел же никого бить», — сожалею я, глядя на три валяющихся на траве тела. Три удара за три секунды, бил вполсилы, конечно.

— Стоять! Милиция! — раздаётся трель свистка.

К нам подруливал бобон! Когда я бил, не осмотрел диспозицию и патрульный автомобиль тупо не заметил!

— Толя, грузи их! — даёт команду старший лейтенант ещё одному моему тёзке, на этот раз милиционеру.

— Стоп, парни, — пытаюсь объясниться я и получаю под дых. Блокирую удар, конечно, но милиция настроена серьёзно. Черт с ним! Поедем в отдел, там разберёмся.

В отсек грузят не только нас, но и побитых хулиганов.

— Сан Саныч, а этот обоссался! Брать его? — вопрошает мой милицейский тезка, склонившись над ушибленным пьяным хулиганом.

— Да пусть тут валяется, и это… на бок поверни его, чтобы рвотой не захлебнулся, — неожиданно показывает свои человеческие качества летёха.