Хелл. Обучение наемницы

А потом, глядишь, у нее дите народится, и тут же живот отвиснет, груди тоже, и ходит вся грязная, неприбранная, а те, что добивалися и на подвиги шли, уже и не глядят в ее сторону.

– Жесть, – не сдержалась Хелл. – А у Рорга сколько жен?

– Трое, – Ката улыбнулась, снова взялась за шитье, – было пятеро, да две скончались при родах, он-то мужик плодовитый.

Двери без стука открылись, вошел парнишка с лодки, принес… рыбу. Посидел, помолчал, посмотрел на Хелл и вскоре ушел.

– Эдак они мне столько рыбы натаскают, что и в бочке не поместится, – притворно опечалилась Ката, убирая гостинцы в бочку с серой солью, – а ты сходила бы, деточка, со мной к пристани, все лучше, чем одной дома сидеть.

– Завтра, – нарушая планы рыбачки, отрезала Хелл, – у меня ноги еще не зажили. Лучше не ходить сейчас.

– Твоя правда, – тут же поддержала баба, – отоспись, поутру будешь свежа, как цвет утренний.

Остаток дня и часть ночи Хелл занималась тем, чем следовало бы заняться раньше – чистила кинжал. Отвратительная кровь чернокожих никак не хотела смываться, а отчистить ее было необходимо.

«Я-то все время думала, и почему это рыцари в Средние века по жизни мечи и шпаги свои полировали. А оказывается…»

Но утром Ката к идее с пристанью вернулась вновь. После бесконечных разговоров и беготни по дому объявила, что сходят перед закатом. Хелл, конечно, была благодарна бабе за приют и вообще, но подозревала, что не просто так поведут ее к пристани и, скорее всего, расчет был на то, что бочка в результате до краев заполнится рыбой. Подозрения подтвердились, когда Ката вынесла длинное платье, явно сохранившееся со времен ее молодости, но красивое.

– Примерь-ка, уж лучше, чем эта рубаха. Эх, не умеют бабы Рорга хорошо шить, все какое-то кособокое у них выходит! – Затем Ката протянула Хелл уже законченные сапожки, пояс и гребень для волос.

Для небольшой прогулки до пристани Хелл обряжали добрых полчаса, после чего переодетая, в сапожках и с расчесанными волосами, девушка удостоилась одобрительного кивка хозяйки, и они вышли из дома.

Рыбацкая деревенька встретила гомоном босоногой ребятни, скрипом рыбьей чешуи под ногами и непередаваемым запахом гниющих рыбных отходов. Ката снова о чем-то рассказывала. Прислушавшись, Хелл поняла, что на этот раз о том, чем живут соседи, бабы, да и остальные местные сплетни. А сплетен было много, и лились они безостановочным потоком. Так и шли по деревне: Хелл молча, Ката не закрывая рта. Отовсюду на них бросали заинтересованные взгляды, особенно рассматривали наемницу, явно выделявшуюся на фоне пышнотелых и рыхлых рыбачек.

Они дошли до пристани, там пахло поприятнее – просто свежей, а не тухлой рыбой, речной водой и лесом, который виднелся за рекой.