Кетцалькоатль (СИ)

Вместе с другими лучниками остановился метрах в восьмидесяти от крепостной стены, на которой стояли горожане, вооруженные в основном копьями. Может, еще какое-то оружие имели, но пока его не было видно. Наши копейщики, закрываясь щитами, имитировали атаку, а лучники расстреливали зазевавшихся горожан. Перед походом я провел в Пакаритампу учения с аука, показал им, в кого надо стрелять в первую очередь — не в того, кто напротив, а в того, кто правее, боком к тебе и не видит летящую стрелу. Я использовал легкие, тростниковые стрелы с кремниевыми наконечниками. Не тот враг, чтобы тратить на него тяжелые бронебойные. Они летели быстрее и с приятным для моего слуха посвистом и гудением. Кожаные или хлопковые доспехи и тело в нем с расстояния максимум метров сто пробивали запросто и часто насквозь. В первую очередь истребил всех обладателей копьеметалки, во вторую — метателей камней, чтобы и те, и другие не расстраивали наших пехотинцев.

Когда куртина опустела, дал команду пехотинцам лезть на стены. Они приставили принесенные из Пакаритампу лестницы, по которым поднялись быстро и без потерь. Часть пошла влево, часть вправо. Следом поднялись лучники. Я был одним из первых. Камни верхней поверхности парапета были холодными и показались мне влажными. Я даже потер руку о штаны, но почувствовал, что сухая. Сторожевой ход был всего на метр выше городской улицы. Так здесь строят крепостные стены: срезают часть склона и укрепляют ее кладкой из камней, а потом добавляют еще метр-два. Так меньше затрат рабочего времени и материалов и сооружение устойчивее, что немаловажно в сейсмически опасном районе. Вдобавок нижнюю часть бессмысленно пробивать тараном.

Городские улицы были прямыми, широкими и ориентированными строго на север-юг, восток-запад. Дома одноэтажные из камней и самана, а крыши тростниковые. Возле стены было несколько круглых хижин полностью из тростника. Дворы закрытые. Дома на несколько отсеков, иногда более десяти. Какие-то отсеки жилые, какие-то служат кладовыми. Лам держат на открытом воздухе, даже в холодное время года, а для морских свинок сооружают что-то похожее на собачью конуру, только трапециевидный вход на уровне грунта.

Во дворах уже орудовали мои воины. Если пукина к своим соплеменникам относились доброжелательно, то аука убивали всех подряд молодых мужчин и тех, кто оказывал сопротивление. Женщин насиловали — обязательная часть военного ритуала: надо срочно слить страх, накопившийся в яйцах за время боя. Все ценное паковали и выносили на улицу, чтобы потом погрузить на лам. Морских свинок убивали, чтобы запечь и наесться свежего мяса до отвала. Тащить их с собой хлопотно, а оставить врагам обидно.