Кетцалькоатль (СИ)

Впрочем, при том количестве красного перца, которым его посыпали, о вкусе трудно рассуждать. Судя по тому, что свинками угощали только Лукки и меня, они не входит в ежедневный рацион семьи. К мясу подали горячие кукурузные лепешки, точно такие же, как я ел у майя, тольтеков, миштеков и даже у мексиканцев. Всё приходящее уходяще, и только хлеб вечен. Запивали акхой — слабоалкогольным напитком, который в будущем назовут чичой или плёвым пивом, потому что солод заменяет человеческая слюна: жуют зерна кукурузы, выплёвывают в сосуд, разводят водой и ставят в теплое место, чтобы перебродило. Пока мы ели, в гости наведалось с десяток соседок за горстью муки, которая в вдруг закончилась сразу у всех. Хозяйка не спешила удовлетворить их просьбу, чтобы успели разглядеть диковинного чужеземца. Здоровое женское любопытство, а другого не бывает — это святое.

Спал я во дворе, хотя хозяева настойчиво предлагали перебраться в дом. Ночи сейчас теплые, потому что в южном полушарии лето, комаров я не боюсь и не хочу слушать ночную любовную симфонию соскучившихся супругов. Не учел только морских свинок, которые всю ночь колобродили, чирикая и урча, в своем загончике рядом с сортиром. Наверное, тоже работали над пополнением своих рядов после потери двух родственников.

56

Утром вся семья поела вчерашних кукурузных лепешек, порядком затвердевших. Запивали их водой из кувшинчиков, которые изготовлены из сушеных тыкв и называются мати. Я сразу вспомнил чай-мате, спросил о нем, но юнга о таком напитке не ведали."

"Лукки отправился в порт разгружать плот и продавать привезенное, а я пошел прогуляться по городу. День был пасмурным и туманным. Я бывал в этих краях в двадцать первом веке, поэтому знал, что здесь по утрам часто, особенно зимой, случаются туманы, или мелкая водяная пыль, или морось, именуемые гаруа, которые исчезают после полудня. По привычке, которая осталась из далекого будущего, сперва двигался по правой стороне улицы, но быстро сообразил, что компанию мне составляют только женщины, и перешел на противоположную. На другой улице мужская и женская стороны поменялись местами. На третьей вернулись к первому варианту. Может, и были какие-то дополнительные правила дорожного движения, но я не заметил закономерности этих перемен. Скорее всего, действовали по традиции.

Пирамиды были не похожи на те, что на территории будущей Мексики. Главное отличие — их постоянно подновляли. Видимо, туманы, морось и дожди размывали сооружения из самана, приходилось постоянно подновлять и заодно надстраивать. Они больше походили на платформы миштеков, только, скажем так, ступенчатые в отдельных местах. Сверху был большой храм, крытый тростником. Подниматься к нему я не рискнул.