Keeping 13

 — Мне встать?

Ни хрена себе!

— Ты бы поверил мне, если бы я сказал, что не знаю? — Я позвал маму, натягивая одеяло обратно на голову Шэннон и неловко забираясь на нее, сдерживая желание закричать, когда боль пронзила меня, как пуля, попавшая в член.

Лежи, мысленно взмолился я Шэннон, поднимаясь на ноги, пожалуйста, лежи, черт возьми.

— Ни в малейшей степени, — парировала мама, наблюдая за мной, как ястреб. — Почему ты голый?

Я взглянул на свои трусы и пожал плечами, изображая безразличие. — Я не голый.

Ее глаза сузились. — Тогда почему ты валяешься на моей хорошей коже в одних трусиках?

— Трусики? — Я бросил на нее возмущенный взгляд. — Мне десять?

— Нет, тебе почти восемнадцать, и ты частично обнажен, — сердито парировала мама. — И есть девушка, за которую я не могу ответить — та, кого ты особенно любишь, и та, чья мать прыгает с моего телефона.

Я почесал в затылке, понимая, что я в полной заднице, но все равно борюсь за выход. — Я думал, ты сказала, что она звонила по телефону отца.

— И твой отец дал ей мой номер телефона, — выпалила мама, покраснев.

Господи, я был чертовски мертв.

— Я разговаривала по телефону и всю дорогу из Дублина слушала, как эта окровавленная женщина бубнит, требуя, чтобы я вернула ее шестнадцатилетнюю дочь, прежде чем она обратится в полицию.

— Тебе не следует отвечать на телефонные звонки, когда ты за рулем, мам, — сказал я, ткнув в нее пальцем. — Это дурной тон.

— Наушники Bluetooth, Джонатан, — прорычала мама. — Так ты знаешь, где она, или нет?

— Понятия не имею, — солгал я сквозь зубы. — Извини.

— Если ты знаешь, где она, ты должен сказать мне сейчас, — возразила мама, одарив меня одним из тех взглядов, которые означают ""не вешай мне лапшу на уши"".

— Понятия не имею, — парировал я. — Извини.

— Ты знаешь, что такое растление по закону, Джонни? — она зарычала в ярости. — Потому что Мэри Линч ужасно часто употребляла это слово по телефону! И если ты был с Шэннон, если она сейчас здесь, и ты лжешь мне, тогда у тебя будут серьезные неприятности, парень.

— Какого, собственно, блять? — В ужасе рявкнул я. — Она это сказала? Ты это серьезно?

— Да, она так сказала, и это не в первый раз, — сказала мама дрожащим голосом. — Ты хоть представляешь, насколько разрушительным может быть подобное обвинение для будущего мальчика, особенно в твоем положении? — Она вскинула руки для пущей убедительности. — Ты мог бы попрощаться с карьерой в регби, это точно!

— Я не делал, — выдавил я. — Я… я… я… я…

— Она несовершеннолетняя, Джонни, — прорычала мама в ответ. — Ее брат поклялся, что вчера она ушла из дома с вами, и что она, к счастью, не вернулась домой прошлой ночью.