Казак в Аду

Хотя последний эпитет неверен в корне, всю добытую наркоту её сухопарый жених сбывал исключительно сам себе! Не надо вешать на него лишних обвинений, мужику и своих ни на одном горбу не вынести…

— А и чаво гвалт, бабоньки? — старательно имитируя казачью речь (так, как она её понимала!), начала переговоры иудейская антитеррористка со стажем. — Чё шумим-то? Али война с германцами, али со стиральным порошком перебои, а то ить у самой муж пьяница, чем огород копать буду, дети-то растут как на дрожжах, и хоть свекровь стерва, а президента выбирать всё одно надоть!

Заткнулись, конечно, все. Да и кто бы не заткнулся? Типа, столько разного девушка наболтала, может, там чего и умного есть?

— Ваня-а, а вы таки можете не напрягаться, это я всё им, — шепотом доложила еврейка, встряхивая верного казака за шиворот.

Бывший подъесаул основательно потряс чубатой головой и тоже поспешил внести свою лепту:

— И если у кого, красавицы, по жизни проблемы, так пургеном понос не остановишь! Что языком ласкаться, что пальцем ковыряться, а для настоящего дела без мужского естества — одна неудовлетворённость во всё лицо. Так что, учитывая ваших тараканов, предлагаю разумный компромисс: шли бы вы, «парни», в Задом и Умору, прямиком по местным «бабам»! И вам реализация, и им наука, извращенцы к извращенцам тянутся…

Реакция была столь же молчаливой, что и на речь Рахиль, но куда более эмоционально окрашенной — шесть чёрнооперённых стрел полетели прямо в удивлённую физиономию искреннего доброжелателя. Хорошо наш умник был не дурак и успел пригнуться, а так…

Обрывай роман на самом интересном месте, торжественно хорони главного героя и срочно влюбляй безутешную еврейку в нового персонажа.

Хотя, может, и не на самом интересном, но это уже придирки, суть одна: никогда не стоит убивать главного героя, когда до эпилога осталось хотя бы пятнадцать-двадцать страниц. Нет, автору можно всё, у большинства прокатывает и не такое, но трагедия потеряет реализм. А нереалистичная трагедия — это фарс, плавно переходящий в самопародийность. Я же вообще пытаюсь написать комедию. Хотя серьёзность так и прёт, чтоб её…"

"Сам жанр юмористической фантастики диктует не так много законов. Они достаточно зыбки и изменчивы в зависимости от сюжета, ситуации, творческого импульса писателя и ещё ряда объективных причин. Не стоит нарушать лишь один закон — «Стыдно быть скучным!». Скука в моём жанре не прощается ни за что и никому.

Однако должен признать: во всех остальных областях фантастики (особенно научной!) она только приветствуется! И убивание главных героев, кстати, тоже. Учёные вообще любят убивать.