Казачий спас

А Петр Ефимович слово свое сдержал, хоть и не верила я. Но он человеком чести оказался. Лично меня к начальнику своему привел и приказал рассказать все, что со мной было. Тот, когда узнал, что я легко на трех языках говорю, сам меня в монастырский приют определил и наказал учиться как следует. Пообещал, что после школы к себе на службу возьмет. Так и вышло. Да и после школы мне еще многому научиться пришлось.

— Стрелять или ножом орудовать?

— Ножом, — фыркнула Герцогиня. — Это у вас, мужиков, кулаки да ножи, а женщина должна изящнее все делать. Чтобы все чисто, прилично было.

— Это в смысле зельем травить?

— Ядами, дружок. Ядами. Царская смерть. Просто ножом ткнуть много ума не надо. А вот чашу поднести так, чтобы человек ее сам выпил, да еще и похвалил, уметь надо.

— Не скажи. Ножом можно и сразу убить, а можно так сделать, что человек не сразу и поймет, что уже умер, — жестко усмехнулся Гриша.

— А ты умеешь? — с интересом спросила женщина.

— Умею.

— И научить можешь?

— Тебя?

— А тут еще кто-то есть?

— Могу, если хочешь, — пожал парень плечами. — Такое все пластуны умеют. Только тебе-то это зачем? Сама только сказала, что высшее мастерство — это зелье поднести.

— Всякое бывает, — туманно протянула Герцогиня. — Иногда, чтобы тихо уйти, нужно и нож в ход пустить. Так научишь?

— Обязательно. И не только бить правильно, но и кидать так, чтобы точно в горло. Тогда и шума не будет."

"— Вот и договорились, — тихо рассмеялась Герцогиня.

— Ты чего? — не понял парень.

— Да я только сейчас поняла. Послушал бы нас кто со стороны, с ума бы сошел. Лежат в постели, голышом, и выясняют, как лучше человека жизни лишить. Вот уж точно первые кандидаты на дом призрения в палату для буйных.

— Так ведь тут, как батя мой говорил, кто чему учился, — усмехнулся в ответ Гриша и, одним движением вскинув ее на себя, добавил: — Голышом, говоришь? Это как следует проверить надо.

— Ох, жеребец, умотал, — рассмеялась Герцогиня тихим грудным смехом, всем телом прижимаясь к любовнику и впиваясь ему в губы страстным поцелуем.

* * *Капитан допил свой кофе и, отставив чашку, аккуратно промокнул усы белоснежной салфеткой. Дождавшись, когда Григорий доест так полюбившийся ему эклер, он чуть улыбнулся и негромко сообщил:

— Я договорился, и мы прямо сейчас можем отправиться к нужному человеку, чтобы показать ему твое оружие.

— А кто он вообще? — с интересом спросил Гриша.

— Профессор истории. Знаток всяческих мистических и эзотерических течений и вообще весьма интересная личность. Думаю, знакомство с ним будет и тебе полезно.

— Это чем же? — не понял парень.

— Григорий, позволь дать тебе один совет, — неожиданно улыбнулся капитан.

— Конечно, Петр Ефимович. Слушаю, — подобрался Гриша.

— Постарайся следить за своей речью.