Казачий крест

А если учитывать будущую женитьбу, то и от трёх. Спальня, кабинет и общая комната. Дождавшись темноты, он всё так же бесшумно выскользнул с сеновала и отправился в гости.

Ульяна, едва услышав, что они собираются в степь, тут же всполошилась и едва не кинулась собирать продукты в дорогу. Кое-как угомонив женщину, парень подробно и доступно объяснил ей, зачем они едут и, пользуясь тем, что разговор вёлся на широкой деревянной лежанке, аккуратно сменил тему, вернувшись к тому, за чем и пришёл. Едва только за окном начало светать, парень выскользнул из постели и, быстро одевшись, поспешил домой.

Матвей успел запрячь в телегу коней, когда на крыльце появился отец. Увидев, чем парень занят, Григорий одобрительно хмыкнул и, умывшись, позвал его завтракать.

Спустя час дроги выкатились за околицу и попылили по дороге в степь. Куда именно ведёт эта дорога, парня интересовало мало. И так понятно, что просто так дорогу не накатают. А значит, у станичников в тех местах были свои интересы.

Правил лошадьми Матвей. Кузнец, усевшись сбоку, положил карабин на колени и, закусив соломинку, оглядывал бескрайнюю степь долгим, внимательным взглядом. Понимая, что отец ведёт наблюдение не просто так, Матвей отбросил сторонние мысли и принялся всматриваться в горизонт с другой стороны. Ведь не просто так местные регулярно упоминали схватки со степняками. Выходит, разбойничали они и по сию пору."

"Добравшись к полудню до небольшого перелеска, путники сделали привал. Лошадям нужен был роздых, да и ехать под начавшим по-летнему припекать солнцем дело тяжёлое. Подкатив к крошечному роднику, Матвей быстро распряг лошадей и принялся их вываживать, чтобы дать остыть. Григорий, набрав в котелок воды, ловко развёл крошечный костерок и, достав из телеги мешок с продуктами, принялся готовить лёгкий перекус. Завтрак их состоял из куска хлеба с парным молоком, но было это достаточно давно. Так что бросить чего-то на зуб Матвей был совсем не против.

Перекусив и попив чаю, мужчины начали сворачивать лагерь. Матвей снова запряг лошадей и, подумав, сменил в бурдюке воду. Та, что они прихватили из дому, уже успела нагреться. Глядя на его действия, кузнец только одобрительно кивал. Говорить не хотелось. От еды и жары разморило. Но бдительности казаки не теряли. Едва только дроги выкатились из перелеска, кузнец снова взялся за карабин. Похоже, разбой на дорогах в этих местах был совсем не редкостью.

К вечеру они подъехали к очередному перелеску, и Григорий, бросив на солнце короткий взгляд, коротко скомандовал:

– Туда сворачивай. На ночлег вставать станем.

– Родник там есть? – на всякий случай уточнил Матвей.

– Есть. Запомни, Матвейка. В каждом таком перелеске обязательно родник будет. Потому и перелесок появился.