Хождение по катынским мифам

Полной нелепостью было бы «вождю партии» и резиденту Абвера отчитываться о проделанной работе перед подчиненными. Он же единолично распоряжался денежными средствами, получаемыми из казны «третьего рейха», и довольно прямолинейно использовал эту возможность в целях упрочения своего положения в ОУН.

Он ещё больше сблизился с Канарисом. Они вместе разрабатывали некоторые пункты плана «Вайс» с розыгрышем украинской националистической карты, о которой уже говорилось выше. Планировалось отколоть Галицию от Польши и создать независимое государство во главе с Мельником.

Кстати с Мельником его связывали не только служебные, но и родственные узы: жена Коновальца была сестрой жены Мельника.

После того как в 1938 году знаменитый советский разведчик Павел Судоплатов, внедренный в оуновское подполье, в уютном ресторанчике Роттердама вручил сладкоежке Коновальцу коробку конфет с вмонтированной адской машиной, и того через некоторое время разнесло в куски, руководителем ОУН стал Андрей Мельник.

За Украину надо было драться — и Сталин дрался, потому что, наверное, хорошо знал слова, сказанные некогда Бисмарком: «Для огромного тела Российской империи смертельна лишь одна операция — ампутация Украины».

***Под руководством Канариса из оуновцев начинают формироваться подразделения, проходившие обучение в специальных лагерях Абвера. По состоянию на конец 1939 года численность националистических формирований, которые должны были участвовать в операции «Вайс», достигла более 12 000 человек с офицерским корпусом в 1500 единиц.

А к середине 1939 года немцы навербовали уже более 20 тысячное войско с более чем 4000 офицеров. По количеству это уже почти две дивизии личного состава.

Их надо было накормить, одеть, обуть и переправить скрытно в восточные районы Польши. Но возникла проблема — на складах Абвера не оказалось такого большого количества польской формы.

И тогда Канарис приказал своим тыловикам немедленно сшить в Германии нужное число её комплектов по польским образцам и фотографиям. Вид у украинских бойцов получился неважный, как отмечал Канарис, но согласился, потому что другого выхода не было.

Вот как описывает этот момент Смирнов:"

"«Отряды украинских националистов уже постепенно просачивались в Восточную Галицию, когда в августе 1939 года был заключен договор о ненападении между СССР и Германией. Первого сентября дивизии вермахта открыли боевые действия против Польши, а уже десятого вожди ОУН появились в берлинской штаб-квартире Абвера и сообщили Канарису, что они приступили к диверсиям и готовы в любой момент поднять восстание.

Спустя несколько дней после этого фюрер дал «добро». Тысячи украинцев, обученных в лагерях, хлынули в Галицию.